главная страница / библиотека / оглавление книги / обновления библиотеки

М.П. Грязнов и др.

Комплекс археологических памятников у горы Тепсей на Енисее.

/ Новосибирск, 1979, 167 с.

 

Таштыкская культура. Склеп 2 (М.П. Грязнов)

 

Таштыкская культура (М.П. Грязнов) — 89
    — Склеп 1 — 90
    — Склеп 2 — 105
    — Склеп 3 — 113
    — Склеп 4 — 119
    — Детские грунтовые могилы — 122
    — Поминальники — 128
    — Помины возле склепов — 134
    — Поминальник таштыкского склепа 4 — 136
    — Погребальный обряд — 142
    — Искусство — 144

Самый большой в могильнике, занимает доминирующее положение. Это пологое возвышение высотой до 50 см, прямоугольное, с обширной впадиной посередине, глубиной до 40 см от высших своих точек, имеет вид широкого каменистого вала, образовавшего прямоугольник (16х13 м), впадина внутри которого была ровной, без камней. По всем сторонам вала, кроме юго-западной, отчётливо виднелся верхний наружный край каменной кладки — стены, выложенной из плитняка.

(105/106)

Возвышенные каменистые места памятника заросли кустами караганника.

 

Склеп исследовался в течение двух полевых сезонов. В 1969 г. с поверхности памятника была удалена земля — обнажены (отпрепарированы) каменные стены и развалы камней, в 1970 г. убраны развалы камней, расчищены каменные стены (крепида), все деревянные конструкции склепа и разобрано его заполнение. В 1969 г. раскопку склепа вела Л.А. Иванова, в 1970 г. — Н.Л. Подольский. В 1970 г. уровень воды в водохранилище поднялся выше пола склепа, и последние две недели работ участникам экспедиции приходилось вычёрпывать из склепа ежедневно сотни вёдер воды. Расчистка юго-восточной стены склепа и прилегающих углов (сруба, тына, берестяного покрытия) производилась уже тогда, когда склеп был почти доверху затоплен водой.

 

Раскопки велись следующим образом. После зачистки каменных стен и развалов были удалены развалы камней со всей площади и с двухметровой полосы вокруг памятника. Площадь раскопа составила 20х16 м. С северозападной стороны раскоп соединился с соседним раскопом. При этом вокруг склепа открылось 6 могил таштыкского времени, преимущественно детских (мог. 52-55, 60). Камней в развале оказалось сравнительно немного. Несколько больше их было вдоль юго-западной стены, где находился вход в склеп, и многие из них имели характерную красную окраску — результат действия сильного огня. Видимо, эти камни являлись покрытием сгоревшего склепа и были выброшены грабителями.

 

Стены сложены из плитняка, преимущественно мелкого, но отмечено также много крупных плит длиной 100-120 см. Кладка сухая, плотная, с наружной стороны хорошо выровненная. Лучше всего сохранилась северо-западная степа. Так как верхние плиты её завалились внутрь, измерить высоту стены было невозможно, но она хорошо определяется по промерам сползших, но не утративших связь друг с другом плит. Высота ее несколько более 1 м, толщина — почти 1,5 м. Перед нами предстало прямоугольное каменное сооружение с закругленными углами. Его размеры 13,5-11,5 м, высота 60-70 см. Вход в склеп был устроен посередине юго-западной стены. Здесь, отступив на 70 см от внешней поверхности стены, стояли вертикально 3 тонкие плиты, закрывавшие собой вход, и возвышавшиеся на 80 см над поверхностью степи (первоначальная же их высота, вероятно, около 1,5 м).

 

Внешний вид склепа представляется таким. Над склепом была воздвигнута прямоугольная каменная крепида высотой несколько более 1 м, заполненная поверх деревянных сооружений склепа землей. Земляная часть сооружения возвышалась в виде плоской усеченной пирамиды на 2,5 м над окружающей степью. Поскольку вся земляная масса надмогильной пирамиды состоит из чёрной гумусной земли, а грунт окружающей местности — это пески н галечник, следует полагать, что пирамиду над склепом насыпали не нз грунта, взятого где-то поблизости, а складывали из дерновин, нарезанных с большой площади лугов. Так же сооружались земляные пирамиды и над остальными тремя склепами у горы Тепсей.

 

Наличие таштыкских склепов «под усечённо-пирамидальными курганами» предполагал Л.Р. Кызласов, но проследить более конкретно их устройство он не мог, так как каменно-земляные сооружения над склепами в те годы не раскапывались. Его высказывание о том, что «усечённо-пирамидальные курганы» распространены только на левобережье Енисея, не подтвердилось (Кызласов, 1960, с. 15 и сл.). Тепсейские склепы находятся на правом берегу.

 

Дальнейшая раскопка склепа велась по четырем секторам с оставлением двух бровок полуметровой ширины по линиям разрезов, пока не были открыты деревянные конструкции склепа. Графическую документацию раскопок вёл архитектор Л.Н. Баранов. Он опубликовал краткое, но довольно полное и ясное описание устройства склепа и дал его реконструкцию (Баранов, 1975, с. 162-165). Это позволяет нам ограничиться здесь описанием склепа лишь в общих чертах, отсылая читателя за подробностями к статье Л.Н. Баранова.

 

Квадратная камера склепа сооружена в котловане размерами 9х9х1,2 м. Сруб-клеть сделан в 4-5 венцов из толстых лиственничных брёвен диаметром по 35-45 см и поставлен на дно котлована. Он окружен плотным тыном из брёвен диаметром 18-20 см. Эти двойные стены, а также потолок покрыты в несколько слоёв большими листами берёсты. Брёвна потолка покоились концами на стенах камеры, а посередине — по-видимому на матице, которая концами лежала тоже на стенах, а серединой — на двух столбах. Камера наполовину была погружена в котлован. Первоначальная высота внутри составляла 2,2 м, полезная площадь — около 50 м2 (7х7 м).

 

Вход в камеру был устроен посередине юго-западной стены на уровне древней почвы (рис. 63) и представлял собой широкий коридор трапециевидной формы, длиной 3,5 м, шириной 4,5 и 2,5 м (внутренние размеры). В погребальную камеру он открывался в верхнюю половину сруба прямоугольным проёмом шириной 1,3, высотой 1,1 м, снаружи же закрывался длинной плитой во всю ширину входа (2,5x0,35 м), служившую, возможно, порогом,

(106/107)

Рис. 63. Тепсей III, склеп 2. План на уровне остатков потолка.

(открыть Рис. 63 в новом окне).

(107/108)

а затем тремя вертикально поставленными плитами, перед которыми стояли в виде контрфорсов тонкие высокие плиты, обрамлявшие устроенный здесь в каменной крепиде склепа проём. Стены входного коридора, как и в камере-склепе, составлены из сруба-клети, затем тына и, наконец, берестяного покрытия. Потолок на высоте 1,1 м настлан из поперечно уложенных брёвен. В дальнейшем описании северо-западная стена и сторона склепа будет называться левой (по отношению к входу), юго-восточная — правой, северо-восточная —передней и юго-западная — задней.

 

Склеп сгорел. Особенно пострадали потолок и верхняя часть стены. Нижняя часть сооружения обуглилась и местами великолепно сохранилась. Потолок в значительной части сгорел дотла. Уцелевшие части его прогнулись и посередине опустились почти до самого дна. Кое-где жар достигал такой степени, что плитки девонского песчаника плавились, образуя стекловидные натёки, например справа от входа над углом сруба. Останки всего погребённого в склепе местами тоже сгорели без остатка, местами обуглились, иногда же идеально сохранились. Характерно, что уцелевшие от огня части брёвен потолка и покрывавшей их берёсты обгорели снизу, а сверху не имели следов огня. Следовательно, камера горела изнутри и источник огня был внутри камеры. Предположение Л.Н. Баранова о том, что склеп загорелся от сильного жара большого костра, прокалившего толщу земли над потолком и воспламенившего таким образом потолок, не может быть принято.

 

В склепе устроены два яруса полатей. Они настланы из 20-сантиметровых брёвен вдоль боковых стен, правой и левой, а затем вдоль передней стены (рис. 64). Ширина их 130 см, высота 1-го яруса над полом 60 см, 2-го — 120 см. Погребенные были уложены на этих полатях, а также на полу и во входном коридоре. К моменту раскопок полати опустились почти до самого пола, а верхний ярус их лежал на нижнем, спрессовав все, что находилось на полатях 1-го яруса.

 

От погребённых людей в склепе сохранились лишь многочисленные кучки пепла, обугленная трава с такими же остатками мелких фрагментов кожи и тканей и глиняные маски в обломках. Этих остатков относительно мало на полатях 2-го яруса и значительно больше на полатях 1-го яруса. Здесь особенно много обнаружили обугленной травы, лежавшей слоем толщиной до 6 см на полатях вдоль правой и передней стен. Множество кучек пепла, часто среди обугленной травы, находилось на полу в слое толщиной до 20 см, посередине камеры и вдоль передней стены под полатями 1-го яруса. Всё это, по-видимому, остатки сгоревших кукол с зашитыми внутри них мешочками с пеплом кремированного человека и с глиняными масками на голове, как и в склепе 1. Восемь кучек пепла и два фрагмента масок обнаружены и во входном коридоре (см. рис. 63).

 

В склепе отмечено нами 136 кучек пепла. Тщательный просмотр всех осколочков перегорелых обломков костей показал, что в 45 кучках были остатки взрослого человека, в 62 кучках определимых обломков не нашлось, но принадлежность остатков человеку вполне возможна, в 29 кучках обломки настолько мелки, что и этого сказать нельзя. Ни одного обломка костей животных не обнаружено. Очевидно, надо считать, что все кучки пепла являются остатками сожжённых людей, но определить их количество невозможно. Есть кучки, содержащие по 1-2 кг перегорелых косточек, но много и очень маленьких (400 г и более косточек содержалось только в 53 кучках). В 5 случаях пепел сохранил форму мешочка, в который он был положен. Возможно, что во многих случаях пепел одного человека рассыпался в склепе на несколько отдельных кучек. Как бы там ни было, но число погребённых в склепе, по-видимому, было достаточно значительным. На полатях можно было свободно разместить 50-60 кукол, сделанных в рост человека, но не все они размещались на полатях. Многих уложили на полу склепа и даже во входном коридоре. Надо полагать, что в склепе погребены десятки кукол, возможно, около 100.

 

На полатях 1-го яруса, близко к восточному углу, лежал раздавленный развалившийся на части ящик, стенка, дно и крышка которого были сделаны из одной тонкой доски. Размеры его 130х45х40 см. Ящик был, вероятно, оклеен, углы врезаны в шип. На одной его торцовой стенке вырезана глубокими широкими линиями фигура воина, выполненная в том же стиле, что и на планках склепа 1. На плане склепа (рис. 65) стенки ящика показаны как бы целыми, в действительности же каждая из них разделилась на многие отдельные угольки. Этот ящик-гроб пока ещё не реставрирован. В ящике обнаружили обгорелые, частично обугленные (некальцинированные) кости ребёнка около 10 лет, небольшой горшочек (рис. 55, а, 13) и черепки еще двух таких же. Вероятно, этому погребению принадлежат железное колечко диаметром 18 мм, 3 просверленных астрагала косули, бабка овцы и диафиз тонкой косточки, сильно соструганные со всех сторон, деревянная палочка, похожая на «чижика» — детскую игрушку недавнего прошлого (рис. 66, 6), и кости овцы (обломки лопатки, тазовой и нескольких рёбер), обгорелые, как и кости подростка, частично же без

(108/109/110)

Рис. 64 (с. 109). Тепсей III, склеп 2.
План на уровне 2-го яруса полатей. Продольный (внизу) и поперечный (вверху) разрезы склепа.
(открыть Рис. 64 в новом окне).

Рис. 65 (с. 110). Тепсей III, склеп 2.
План на уровне пола и полатей 1-го яруса,
освобождённых от заполнения.
(открыть Рис. 65 в новом окне).

 

следов огня. Найденные здесь же обломки масок к погребению подростка, видимо, не относятся.

 

В склепе встречены отдельные разрозненные фрагменты неперегорелых костей человека: 1) обломки бедра, позвонка и большой трубчатой кости; 2) обломок плечевой; 3) коренной зуб взрослого; 4) фрагменты черепа. Остатки столь незначительны, что предполагать по ним наличие в склепе захоронения несожжённых трупов (кроме подростка в гробике) вряд ли можно. Эти обломки могли попасть в склеп и каким-то другим путём.

 

Фрагменты масок находились везде, где лежали кучки пепла. Число масок определить невозможно. Нами изъяты фрагменты из 123 точек в разных местах склепа, но ни одной полной маски собрать не удалось. Их, вероятно, несколько десятков, но вряд ли более 50. Они того же типа, что и маски в склепе 1.

 

Сопровождавшего покойников инвентаря в склепе немного. Сохранилось не более 20 гли-

(110/111)

Рис. 66. Тепсей III; склепы 1 (4, 5, 9, 10) и 2 (остальные):

1 — «кубок» на двух ножках; 2 — ножка от него; 5 — он же, вид снизу; 4, 5 — деревянные ножки какого-то предмета; 6 — заострённая палочка; 7 — «подушечка»; 8, 13 — глиняные комочки; 9 — предмет с глубоким пазом; 10 — берестяная пластинка; 11, 14, 15 — кружочки из твёрдой смолы; 12 — черепок с зооморфным орнаментом.

(открыть Рис. 66 в новом окне).

няных сосудов, причем половина их представлена лишь отдельными фрагментами, иногда очень небольшими. Значительная часть посуды была, видимо, выброшена грабителями или соплеменниками при повторных захоронениях.

 

Интересны 6 кубковидных сосудов (рис. 55, а, 11, 12, 14, 17, 19). Они продолжают традиции батеневского этапа таштыкской культуры (Грязнов, 1971, рис. 2). То же можно сказать и о горшках баночной формы (рис. 55, а, 15, 16, 18). В склепе нет ни одного сосуда характерных позднеташтыкских форм тепсейского этапа (см. рис. 55, б, 1, 2, 7; Грязнов, 1971, рис. 1). Керамика из склепа 2 производит впечатление более ранней, чем сосуды из склепа 1.

 

Мелкие металлические вещи были в основном того же характера, что и в склепе 1. Это прежде всего 20 бронзовых двойных головок коня (рис. 67, 1-20), затем маленькие пряжки с неподвижным язычком на переднем конце, 6 из них имеют характерную форму прямоугольного щитка с овальным кольцом, заканчивающимся язычком-шпеньком (рис. 67, 22-24, 26-28), одна — в виде трапециевидной рамки с язычком-шпеньком на переднем крае (рис. 67, 25) и одна — шарнирная с прямоугольным щитком и трапециевидной рамкой (рис. 67, 29). Все указанные формы характерны для тепсейского этапа. В склепе также найдены мелкие заклёпочки (рис. 67, 30, 35) и подвеска, видимо, от серьги (рис. 67, 36). Встретились такие вещи, которые мы обычно называли пряслицами, но не всегда, очевидно, это было правильно. Может быть, кружок с дыркой, вырезанный из горшечного черепка, являлся действительно пряслицем (рис. 67, 33), но бронзовый кружок с остатками ремешка в отверстии (рис. 67, 34), вероятно, служил для другой какой-то цели. Кружок, изготовленный из нефрита низкого качества (рис. 67, 32), тоже следует считать не пряслицем, а каким-то украшением или амулетом.

 

Художественно оформленные деревянные вещи сохранились в небольшом числе. Как и в склепе 1, здесь обнаружен загадочный пред-

(111/112)

Рис. 67. Тепсей III. Вещи из склепа 2:

1-31, 24-36 — изделия из бронзы; 32 — из нефрита; 33 — из глины.

(открыть Рис. 67 в новом окне).

мет на двух ножках, поверхность которого украшена шахматным узором (рис. 66, 1-3). Одни квадратики узора оклеены соломкой, другие — окрашены в интенсивно красный цвет. Значит, в первоначальном виде предмет был расцвечен в золотисто-жёлтый и ярко-красный тона. Замечательны 2 скульптурные фигурки лежащего барана. Отдельные детали фигурок покрыты тонким листовым золотом и окрашены красной краской. Длина фигурок около 15 см. Подобные скульптуры известны в таштыкских склепах Уйбатского чаа-таса (Киселёв, 1949, табл. XXXVI, 5, табл. XXXVIII, 1). Совершенно своеобразен глиняный сосуд с изображением ряда голов марала или косули, исполненных в том же стиле, что и на обугленных планках из склепа 1. К сожалению, сохранился только небольшой фрагмент этого сосуда (рис. 66, 12). Загадочен деревянный предмет в виде квадратной подушечки или толстой крышки. Верхняя и боковые его поверхности покрыты сеткой из глубоко врезанных линий (рис. 66, 7). Перечисленные вещи найдены на полу камеры, возле деревянных столиков или каких-то подобий небольшого ложа. Обнаружено 2 таких «столика». Сделаны они из пары брусьев, в пазы которых вставлены тонкие доски, образующие столешницу. Размеры одного из них 110х75 см, второго — несколько меньше, высота их 30 см. Один «столик» стоял перед полатями справа у входа, другой — тоже около полатей в северном углу (см. рис. 65). Как и в склепе 1, сохранились разные дощечки, бруски и другие неясного назначения обугленные деревянные предметы, а также фрагменты деревянного сосуда с резным ромбическим орнаментом, сосуда на треугольных ножках, донышко берестяного сосуда и др.

 

Кости животных, как и в склепе 1, относительно немногочисленны и не носят характера заупокойной пищи. Прежде всего это 10 астрагалов косули с просверленными в них отверстиями. Больше всего оказалось костей овцы: 26 лопаток (12 левых и 14 правых); 13 рёбер, найденных в 10 местах; фаланги от нескольких особей (не менее 3), встреченные в 12 местах, в четырёх случаях целыми комплектами, в сочленении. Других костей не было. Значит, в склеп поместили много бараньих лопаток и, по-видимому, концы не менее 9 ног. Кости лошади представлены только фалангами — в трёх случаях это полные комплекты в сочленении (концы трёх ног). В 9 местах найдены фаланги не менее восьми ног, очевидно, трёх лошадей (взрослой особи, молодой и жеребёнка). Можно предположить, что кости концов ног лошади и овцы являются остатками шкур жертвенных животных, но этому противоречит полное отсутствие черепов и совершенно необычный состав костей — только фаланги. В шкурах жертвенных животных во всех известных случаях всегда оставлялись кроме фаланг еще и метаподии, а иногда и лучевые и берцовые кости. Здесь они отсутствовали. Кроме того, в склепе 2 ни разу не встре-

(112/113)

тились вместе 2 или 4 ноги, все лежали поодиночке. Можно подумать, что погребаемым в склеп клалось по одной ноге (или, точнее, по одному копыту) от жертвенного животного.

 

Тепсейский склеп 2 относится, пожалуй, к наиболее хорошо сохранившимся из известных таштыкских склепов. Его сложная конструкция полностью восстанавливается (Баранов, 1975). Интересен он и некоторыми деталями погребального обряда: предполагается, что практиковался обычай класть погребённым конец ноги (копыта) от жертвенного животного. Это, вероятно, этнографическая особенность общественного коллектива, соорудившего склеп 2, по которой склеп сближается со склепом 1 и, как увидим ниже, отличается от склепов 3 и 4.

 

 

 

наверх

главная страница / библиотека / оглавление книги / обновления библиотеки