главная страница / библиотека / оглавление книги / обновления библиотеки

М.П. Грязнов и др.

Комплекс археологических памятников у горы Тепсей на Енисее.

/ Новосибирск, 1979, 167 с.

 

Таштыкская культура. Искусство (М.П. Грязнов)

 

Таштыкская культура (М.П. Грязнов) — 89
    — Склеп 1 — 90
    — Склеп 2 — 105
    — Склеп 3 — 113
    — Склеп 4 — 119
    — Детские грунтовые могилы — 122
    — Поминальники — 128
    — Помины возле склепов — 134
    — Поминальник таштыкского склепа 4 — 136
    — Погребальный обряд — 142
    — Искусство — 144

Памятники изобразительного искусства таштыкской культуры на Енисее довольно хорошо известны. С.В. Киселёв и Л.Р. Кызласов посвятили им специальные разделы в своих исследованиях (Киселёв, 1949, с. 244-257; Кызласов, 1960, с. 88-98, 130-134). Известны разнообразные изделия орнаментально-декоративного искусства, воплощённые в дереве, керамике и торевтике, деревянная и каменная скульптура, гипсовые раскрашенные маски и др. Л.Р. Кызласову удалось выделить среди наскальных рисунков изображения всадников таштыкского времени (Кызласов, 1960, с. 91). Однако открытие в первом склепе на Тепсее серии деревянных планок с резными рисунками показало нам искусство таштыкских племён в исключительном блеске. Эти рисунки позволили также составить некоторое представление и об устном народном творчестве таштыкцев, сюжеты которого изображены на планках.

Рисунки на тепсейских планках в основном уже опубликованы, но лишь по полевым зарисовкам, которые недостаточно детальны, а иногда и не совсем точны (Грязнов, 1971). После длительной кропотливой работы над ними Л.Н. Баранова мы располагаем теперь
(144/145)
очень хорошими и точными их прорисовками, которые могут служить объектом изучения. На самих планках во многих случаях бывает невозможно видеть сразу всю фигуру, а тем более композицию, полностью. На прорисовках же, сделанных Л.Н. Барановым, отчетливо видны все детали, едва уловимые на оригинале. Тепсейские рисунки еще будут изучаться с разных точек зрения. Мы же ограничимся здесь лишь некоторыми заключениями общего характера.

Как правило, на одной стороне планки изображался один сюжет, на обратной — другой. Каждая из трёх граней планки 1 имеет свой сюжет.

Все разнообразие рисунков можно объединить в 3 сюжета. Один из них назовём совершенно условно — охотничьи сцены или бег зверей. Обычно показаны бегущие звери, часто с вонзившимися в их тело стрелами, иногда впереди или позади них изображены фигуры людей. Другой сюжет назовём тоже условно — батальные сцены. Здесь много фигур пеших воинов, всадников, коней, показанных в динамике. Воины часто нарисованы стреляющими, реже в рукопашной схватке. Иногда здесь же, спереди и сзади, присутствуют бегущие звери. Третий сюжет назовём еще более условно — угон военной добычи. Наиболее выразительно он представлен на планке 4 — мчатся всадники, увлекая за собой другого коня, за ними тоже мчащаяся пара быков в упряжке. Несомненно, перед нами какие-то эпические темы, но вряд ли героического эпоса. В героическом эпосе тюрко-монгольских народов воспевается герой, богатырь. В изобразительном искусстве, как и в поэмах, основной сюжет — богатырь и его подвиги в бою, в поединке с другими богатырями, в борьбе с чудовищем и злыми силами, а также богатырь на охоте. На обнаруженных планках запечатлены массовые сцены, главный герой нигде не выделен. Не представлены ли на тепсейских планках сюжеты исторических песен, повестей, рассказов? Если так, то мы получили возможность иметь некоторое представление и о фольклоре таштыкских племён на Енисее. Нет сомнений, что на всех 8 планках — разные варианты в целом одного и того же повествования. Может быть, правильней даже сказать, что одно и то же повествование выполнено 8 разными художниками или разными сказителями, певцами, рассказчиками.

Рассматривая манеру изображения на планках, можно заметить, что на каждой отдельной планке рисунки выполнены особым «почерком», отличным от «почерка» художников на других планках. Например, на планке 5 (Грязнов, 1971, рис. 4) у всех оленей ноги стройные, ниже пятки они изображены одной линией, к которой пририсованы лишь копыта. Морды на короткой шее подняты вверх. Рога тонкие, стройные, с удлиненными концами. Подобным образом олень не изображался ни на одной другой планке. На планке 3 ноги у оленей короткие, морда вытянута вперед, рога с дополнительными линиями посередине (см. рис. 60, 4). Последняя деталь не встречается на других планках. На планке 2 художник рисовал оленей с большими широкими ушами, покрывал штриховкой не только лопатки, но уши и ноги. Подобные отличия можно проследить при рассмотрении всех планок и всех изображаемых объектов. Очень важно отметить, что 8 рассмотренных планок разрисованы 8 художниками. Независимо от того, были ли все планки положены в склеп только одному из погребённых в нем или нескольким лицам, наличие в склепе произведений изобразительного искусства, выполненных 8 художниками, свидетельствует о распространенности этого вида искусства в таштыкском обществе, о чрезвычайной популярности в нём рисунков на темы, как мы предполагаем, исторических песен, сказаний, повествований, о популярности данного вида устного народного творчества.

О популярности подобного рода изобразительных сюжетов свидетельствует и серия других находок. В склепе 2 на Тепсее на одной из стенок детского ящика-гробика была изображена выполненная в таком же стиле большая фигура воина. Л.Р. Кызласов в Койбальском чаа-тасе в склепе 4 обнаружил фрагмент берестяного предмета, на обеих сторонах которого были вырезаны рисунки того же художественного стиля. Может возникнуть мысль, что найденная на Тепсее «коллекция» планок с рисунками, которые можно сравнивать в какой-то мере с народным лубком, не местного происхождения, а привезена откуда-то на Енисей. Но гробик с рисунками в склепе 2 на Тепсее и рисунки на бересте в Койбальском склепе говорят о распространении этого искусства в таштыкском обществе. Если планки можно рассматривать как личные вещи сказителей или певцов, то рисунки на бересте относятся к части какого-то бытового предмета (кошель, коробка), а гробик — деталь погребального обряда. То, что художники таштыкской эпохи жили и создавали свои произведения в степях Минусинской котловины, наиболее убедительно доказывает наличие наскальных рисунков того же стиля и сюжетов. Кроме давно уже известных рисунков на некоторых могильных камнях, Н.В. Нащёкин в 1968 г. открыл и скопировал новую писаницу на оз. Туим. Совершенно подобные тепсейским фигуры пеших воинов и всадников, зве-
(145/146)
рей и других изображений он отколол от скалы и привез в Красноярский музей.

Рисунки на планках из склепа 1 на Тепсее знакомят нас с совершенно новым художественным стилем, притом представленным сразу целой галереей рисунков. Полное исследование их раскроет перед нами новый мир художественных образов и сюжетов, что выявит еще одно звено в истории развития изобразительного искусства в древней Азии.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

наверх

главная страница / библиотека / оглавление книги / обновления библиотеки