главная страница / библиотека / оглавление книги / обновления библиотеки

М.П. Грязнов и др.

Комплекс археологических памятников
у горы Тепсей на Енисее.

// Новосибирск: 1979. 168 с.

 

Таштыкская культура.

 

Склеп 4 (М.П. Грязнов)

 

Таштыкская культура (М.П. Грязнов) — 89

— Склеп 1 — 90

— Склеп 2 — 105

— Склеп 3 — 113

— Склеп 4 — 119

— Детские грунтовые могилы — 122

— Поминальники — 128

— Помины возле склепов — 134

— Поминальник таштыкского склепа 4 — 136

— Погребальный обряд — 142

— Искусство — 144

 

Малый таштыкский склеп находился в пункте Тепсей IV. На поверхности виднелись сильно разрушенные остатки прямоугольной каменной ограды размерами 9,5х10,5 м. Посередине имелись едва заметное углубление (10-15 см) и квадрат (5х5 м), очерченный наклонно торчащими из песка плитками. Ориентировка ЮЗ-СВ. Среди беспорядочно разбросанных по поверхности плиток многие носили следы сильного действия огня. Это указывало на то, что склеп сгорел и после пожара был разграблен.

 

Склеп исследован в 1968 г. Н.А. Аванесовой. Раскоп был начат в пределах указанного квадрата, а затем сокращён до размеров могильной ямы — 3,8х3,6 м. Глубина могилы 120 см.

 

В могильной яме был сооружён склеп с деревянными стенами, полом и потолком. Здесь было много остатков погребённых людей. Сгорела, а частично обуглилась, верхняя часть склепа начиная с высоты 20-25 см над полом. На полу и в нижней части стен сруба следов огня нет.

 

Стены склепа срублены из бревен диаметром 20-25 см. Точное устройство сруба проследить не удалось. Не выяснено, как рубились углы и как сложены стены — клетью, что характерно для больших таштыкских склепов, или плотной стеной без просветов между брёвнами? В лучше сохранившейся северо-восточной стене 3 бревна лежали плотно одно на другом, но это могло быть и вторичное их залегание (опустились вниз?). Четвёртое тонкое бревно находилось на высоте почти 100 см над полом. Можно предположить, что сруб был поставлен клетью в 4 венца и в высоту достигал несколько более 1 м. Если же брёвна находились на своём первоначальном месте, то надо предполагать, что стены были плотно срублены в 506 венцов и 1-2 верхних бревна в стене не сохранились. Вероятнее всё же первое предположение, так как, хотя и не совсем достоверно, но можно было видеть, что северный конец третьего снизу бревна как бы оторвался от остальной его части и лежал на 30-40 см выше.

 

С наружной стороны стен местами сохранились куски пластин берёзовой коры. Очевидно, сруб покрыли ею с боков и, вероятно, сверху (не берёстой). По углам промежуток между стенкой ямы и срубом засыпан мелким щебнем.

 

Деревянный пол склепа сохранился во всей его северной половине. Он не затронут огнём. Дерево сильно истлело, но хорошо различались плахи, настланные продольно по направлению с ЮЗ на СВ. Толщина плах 4-5 см, ширина, судя по их расположению на полу, около 35 см. Покрытие склепа в большей своей части сгорело дотла. Осталось несколько обугленных кусков брёвен, лежавших в разных направлениях, вероятно, в результате деятельности грабителей. Потолок, стены и пол склепа сделаны из лиственницы.

 

Вход в склеп находился посередине юго-западной стены. Ни форму его, ни конструкцию, ни размеры установить не удалось. Здесь все деревянные части сооружения прогорели дотла, а стенки входа обвалились. Удалось лишь определить, что ширина его около 70-80 см, глубина возле стены склепа достигала глубины его пола, а длина спуска превышала 1 м.

 

Остатки погребённого лежали на полу склепа и в нижнем слое заполнения на высоту до 70 см от пола. Многое из находившегося здесь можно рассматривать как оставшееся непотревоженным на своём первоначальном месте или лишь частично смещённое, что могло произойти при многократных повторных захоронениях в склепе и в результате пожара и обвала его покрытия. Но в средней части склепа, ближе ко входу, наблюдалось такое нагромождение камней, кусков горелого дерева, отдель-

(119/120)

ных разрозненных костей человека, черепков разбитых сосудов, какое можно приписать лишь грабителям, действовавшим здесь после пожара.

 

Заполнение склепа в верхней своей части состояло из окрашенного гумусом песка с редкими включениями обломков плит, иногда угольков. Ниже, с высоты около 70 см от пола, залегало пёстрое заполнение (чёрное, светлосерое, красное, жёлтое) из перегорелой земли, песка, золы, угольков и кусков обугленного и гнилого дерева, различных остатков от погребённого в склепе, как побывавших в огне, так и без следов его действия. В средней части склепа, ближе к входу, такое заполнение доходило до дна котлована склепа. По углам склепа, вдоль его стен и в значительной части северной половины пол и лежавшие на нём остатки погребённого более или менее сохранили своё первоначальное положение, и огонь их не затронул.

 

На полу склепа лежали плохо сохранившиеся скелеты 6 человек: 4 из них — на спине, головой на СВ, один — в том же положении, но, возможно, полусидя, прислонён к передней стене, череп свалился на грудную клетку. Скелет ребёнка находился в головах двух взрослых и располагался вдоль передней стены склепа, головой на ЮВВ.

 

Скелет А — мужчина (?) 40-60 лет; не сохранились бедренные кости и часть других; скелет В — мужчина 16-17 лет, от черепа уцелела только нижняя челюсть, нет костей левой руки, обеих ног ниже колена, правой плечевой и многих мелких; скелет С — взрослый мужчина (?), обнаружены только бедренная кость, большая и малая берцовые, ключица, лопатка, лучевая, локтевая и несколько мелких; скелет D — нестарая женщина, отсутствовали череп с нижней челюстью и правая плечевая (скелет находился на уложенных на полу мелких плитках, на которых в области левого бедра лежала кучка пепла); скелет Е — взрослая женщина, кости очень плохой сохранности; не уцелели череп с нижней челюстью, кости правой руки и обеих ног ниже колена; скелет F — ребёнок 3 лет. Кроме того, в заполнении встретились разрозненные кости не менее 3 взрослых человек, частью обгорелые, частью не затронутые огнём, и все, кроме одной, в обломках.

 

Кости скелетов, лежавших на полу, и окружавшая их земля не имели следов действия огня. Надо полагать, что в момент пожара в склепе полуразложившиеся или совсем разложившиеся трупы были укрыты слоем земли толщиной 20-25 см, что и предохранило их от сгорания. Склеп функционировал, вероятно, в течение довольно длительного времени, возможно, несколько десятков лет, и нижняя часть его успела заполниться довольно толстым слоем просачивающегося сквозь стены песка.

 

Были ли черепа трепанированы установить не удалось из-за плохой сохранности единственного уцелевшего черепа и отсутствия других. Таким образом, осталось неизвестным — погребены ли в склепе натуральные трупы умерших или мумифицированные.

 

На уровне скелетов и выше, в горизонте А, обнаружены обломки погребальных масок. Возле северо-восточной стены находилось 3 обломка, ближе к входу и южному углу склепа — 4 обломка. В горизонте В было также 3 обломка, в том числе крупный фрагмент, возле передней стены, в головах погребённых, 3 обломка — против входа в склеп и обломок на полу склепа в северном углу. Следовательно, более или менее значительные фрагменты масок были отмечены в 14 точках, но количество масок было меньшим. Среди обломков опознаются точно следующие части масок: ухо, горло, подбородок, 2 глаза, щека (красная, пересечённая коричневой полосой), 4 носа (в одном случае с верхней губой, окрашенной в красный цвет). Очевидно, было не менее 4 масок (4 носа) или немногим более этого. На оборотной стороне масок на ряде фрагментов наблюдаются отпечатки фактуры кожи, швов н складок в области шеи. По-видимому, и эти маски, подобно маскам из других склепов, лепились на сшитой из кожи болванке или, что вероятнее, на куклах.

 

В склепе обнаружены 24 кучки пепла сожжённых людей, 13 из них находились в горизонте А, 10 — в горизонте В, 1 — в горизонте С. Все кучки пепла нижних горизонтов располагались в северо-восточной половине склепа, т.е. там же, где и скелеты людей. Большая часть кучек пепла из горизонта А тоже сосредоточена в северо-восточной половине склепа, только 3 кучки находились ближе к юго-западной стене. Пепел найден на разных уровнях, в том числе и на уровне лежавших скелетов. Некоторые кучки пепла оказались под костями человека. Так, кучка 16 была перекрыта костями скелета D, кучка 20 — костями скелетов В и С. Если пепел сожжённых людей был вложен в куклы, изображавшие преданных огню умерших, то следует полагать, что мумифицированные и натуральные трупы были положены здесь вперемежку с куклами, заключавшими в себе пепел. Число сожжённых людей было, несомненно, меньше 24, так как в ряде случаев их пепел в результате пожара и ограбления склепа мог разделиться на 2 и 3 кучки.

 

Всего в склепе погребено, вероятно, около 25, но не более 30 человек (из них 10 взрослых и трёхлетний ребёнок по обряду трупо-

(120/121)

положения и около 15 или несколько больше взрослых человек по обряду трупосожжения).

 

На полу склепа, преимущественно возле стен, стояли 5 сосудов, и в разных местах, но тоже преимущественно вдоль стен, найдены фрагменты ещё не менее 17 разных сосудов. По некоторым из последних можно полностью восстановить форму и размеры горшков. В северном углу склепа находился небольшой сосуд баночной формы без орнамента (рис. 69, 16), в западном углу — горшок с налепным валиком-псевдошнуром, как бы подвешенным на четырех таких же шнурках (рис. 69, 22), у середины северо-западной стены — большая корчага (максимальный диаметр около 40 см) баночной формы со вздутыми боками, украшенная по венчику двумя рядами продолговатых вдавлений. Реставрировать её пока не удалось. Справа у входа обнаружили чашу, опоясанную высоким валиком (рис. 69, 23), посередине — чашу, опоясанную тремя широкими и глубокими желобками (рис. 69, 25). Из других горшков более или менее полно восстановлено несколько сосудов: баночной формы (диаметр венчика 22 см), украшенный ниже венчика рядом ямок (рис. 69, 12); большая чаша на коническом поддоне, опоясанная валиком-псевдошнуром, как бы подвешенным на четырех таких же шнурках (рис. 69, 20); небольшой горшочек с узким горлом, украшенный валиком с насечками (рис. 69, 21); другой — с валиковым орнаментом; горшкообразный большой сосуд с орнаментом в виде больших крестов с бугорком посередине (рис. 69, 18); большой баночной формы горшок, украшенный полулунными вдавлениями (рис. 69, 24); 2 сосуда баночной формы без орнамента — один в двух больших фрагментах (рис. 69, 17), другой в нескольких мелких (рис. 69, 15); 2 чаши с валиковым орнаментом во фрагментах — одна красная тонкостенная, другая темно-серая, толстостенная, грубой работы (рис. 69, 11); сосуд баночной формы со слегка вздутыми боками, украшенный косо свисающими от края венчика короткими валиками (рис. 69, 14); отдельные фрагменты 7 сосудов — 2 небольшие банки без орнамента и 5 сосудов с разными узорами. Всего в склепе было не менее 24 сосудов. Два из них крупные, ёмкостью 20-30 л, остальные средних и малых размеров.

 

В южном углу сохранился нетронутый огнём шитый берестяной туес диаметром 18 см.

 

В склепе находилось много костей животных. Больше всего их оказалось возле входа и направо от него на участке шириной 1, длиной 2 м вдоль стены, а также они располагались узкой полосой вдоль левой стены склепа. На остальных участках встречались лишь единичные кости.

 

Основную массу костей, как и в склепе 3, составляют астрагалы и пяточные, а затем лопатки. Зоологические определения их таковы: корова — 158 астрагалов (73 правых и 85 левых) и 90 пяточных костей (49 правых и 41 левая); лошадь — 24 астрагала (7 правых и 17 левых) и 23 пяточные кости (6 правых и 17 левых); овца — 41 астрагал (27 правых и 14 левых) и 25 пяточных (10 правых и 15 левых). Пользуясь общепризнанным приёмом (наибольшее количество одноимённых костей), следовало бы считать, что кости происходят от 80 коров, 17 лошадей и 27 овец, но, возможно, это и не так. Во многих случаях астрагал и пяточная кость лежали в сочленении. Значит, в склеп были положены не отдельные кости, а вырезанные из туши животного пятки с оставленными на них связками. Можно предположить, что в склеп клались не обе пятки от каждого животного, а только по одной — правой или левой. Тогда следует считать, что в склепе находились пятки от 158 коров, 24 лошадей и 25 овец. Поскольку число астрагалов коровы и овцы значительно превышает число пяточных костей, возможно, что излишнее количество первых положено в склеп не как часть жертвенного животного, а как игральные или другого назначения кости — астрагалы овцы и коровы постоянно присутствуют в таштыкских склепах. Поэтому осторожнее счёт вести всё же по пяточным костям. Тогда количество животных, от которых взяты пятки, будет таким: 90 коров, 24 лошади и 25 овец — всего 139 голов скота. Однако, как бы мы ни вели счёт, ясно одно — число остатков жертвенных животных в склепе в 5 или больше раз превышает число погребённых в нём людей.

 

Обычай класть в склеп пятки быка, лошади и овцы в литературе уже отмечался (Кызласов, 1960, с. 179). Его надо рассматривать как одну из деталей обряда погребальной тризны, когда от каждого жертвенного животного, употреблённого на пиршество, умершему отдают какую-то часть, в данном случае пятку.

 

Один астрагал коровы и несколько овечьих, обнаруженных в склепе, оказались сильно сточенными или обгрызанными по краям, что могло быть сделано лишь в том случае, если они были отчленены от пяточной кости. Только астрагалы, без пяточных костей, овечьи и коровьи, неоднократно встречались в таштыкских склепах (Барсучиха IV, склеп 1 Сырского чаа-таса и др.). Очевидно, и в данный склеп 4 они были положены как игральные, счётные или другого подобного назначения кости. Просверленных астрагалов не оказалось, а подтёсанных со знаками и зазубринками было только 2 (рис. 56, 45, 46).

 

Часты в склепах и находки лопаток мелких

(121/122)

парнокопытных. В нашем склепе их оказалось 25, не менее чем от 16 особей (овца — 17 лопаток, коза — 1, косуля — 3, мелкие парнокопытные, ближе не определённые — 4).

 

Других костей животных в склепе было немного: 2 лучевые и фрагмент ребра, — вероятно, остатки жертвенного мяса коровы; 2 зуба и копытная фаланга (назначение?) лошади; обломки двух тазовых и одной плечевой, 2 сегмента грудины, пястная кость, обломок нижней челюсти — в основном, видимо, остатки жертвенного мяса овцы; тазовая кость — остаток жертвенного мяса козы, 25 рёбер, 3 позвонка, 2 бедра и 2 голени (очевидно, всё остатки мяса) мелких парнокопытных, ближе не определённых.

 

Обугленных деревянных вещей в склепе не найдено, так как действие огня здесь было более разрушительным, чем в больших склепах, н все деревянные вещи малого размера полностью сгорели, а обугленные остатки сохранились только от толстых брёвен, периферийная часть которых сгорела, а сердцевина превратилась в уголь.

 

Рис. 71. Тепсей  IV. Вещи из склепа 4: 1-7 — изделия из бронзы; 8-14 — из железа.

(Открыть Рис. 71 в новом окне)

Сохранилась серия металлических вещей: 3 бронзовые пряжки обычного для таштыкских склепов типа (рис. 71, 5-7); обломок прямоугольной бронзовой пряжки (рис. 71, 4); 2 обычные бронзовые силуэтные парные фигурки головы лошади (рис. 71, 1, 2); обломок какой-то бронзовой ажурной фигурки (рис.71, 3); мелкие железные обойма, кольцо, изогнутая проволока, крючок, обойма с заклёпками (рис. 71, 8, 9, 12-14); 11 обломков железных проволоки и стерженьков, среди них 2 обломка представляют собой части вотивных удил (рис. 71, 10, 11).

 

Исследованные 2 малых склепа (3 и 4) отличаются от многих других тем, что они сгорели после того, как уже успели в значительной мере заполниться землёй, прикрывшей собой нижние ряды погребённых в них трупов, мумий и кукол с пеплом сожжённых людей. Благодаря этому нижние ряды погребённых не сгорели, а подверглись обычным процессам гниения и разложения органических веществ в земле.

 

Основное же отличие этих склепов заключается в другой конструкции их погребального сооружения и в ином обряде погребения. Очень важно, что перед нами в данном случае не просто один из вариантов таштыкских склепов, а принципиально другой тип погребальных памятников. Конструкции таштыкских склепов сильно варьируют. Двух одинаковых склепов ещё не находили. Но, оказывается, существовали и разные типы склепов. Оба больших склепа на Тепсее, хотя и различны по устройству и обряду погребения, но принадлежат одному типу сооружения (сруб с тыном и с полатями или галереями) и обряду погребения (хоронят куклы с вложенным в них пеплом сожженных взрослых людей). Малые склепы принадлежат другому типу как по устройству (сруб, обложенный снаружи плитами), так и по погребальному обряду. В них хоронили вперемежку трупы взрослых людей, мумифицированные трупы и пепел сожженных людей, вложенный в куклу. Это места упокоения, очевидно, двух разных социальных групп таштыкского населения. Определение и изучение их — увлекательная и важная историческая задача, решение которой будет возможно лишь после раскопок серии памятников, подобных тепсейским.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

наверх

главная страница / библиотека / оглавление книги / обновления библиотеки