главная страница / библиотека / обновления библиотеки

Материалы и исследования по археологии СССР. / АСГЭ. Вып. 10. Л.: «Сов. художник», 1968. М.П. Завитухина

Ордынские курганы V-IV вв. до н.э.

(о культуре скифского времени в новосибирской лесостепи).

// АСГЭ. Вып. 10. Л.: 1968. С. 28-34.

 

Район лесостепного левобережья Оби, лежащий к югу от Новосибирска, до недавнего времени оставался совершенно не изученным археологами. Только в связи со строительством Новосибирской ГЭС начались большие исследования памятников древности, попадавших в ложе водохранилища. В 1952-1954 гг. здесь вела раскопки Новосибирская археологическая экспедиция ИА АН СССР под руководством М.П. Грязнова. [1] За три года были открыты и изучены памятники различных эпох, начиная с неолита и до X в. н.э. В числе их находится курганный могильник I тысячелетия до н.э. у с. Ордынского, обнаруженный во время разведочных работ в 1952 г. Он оказался единственным памятником скифского времени, исследованным Новосибирской экспедицией в левобережном лесостепном районе. По-видимому, в 1925 г. учителем Ордынской школы были раскопаны 2 его кургана, содержавшие кости человека, «разные амулеты», медные наконечники копий и стрел, посуду. [2]

 

В 1959-1960 гг., уже после того как разлилось Обское море, Т.Н. Троицкая провела охранные раскопки размываемых волнами двух курганных групп Новый Шарап I и II, расположенных между селами Ордынское и Новый Шарап и в 1,5 км (II группа) и 3,0 км (I группа) от Ордынского могильника. [3] В первой группе было раскопано 7 курганов с 15 могилами, во второй — 2 кургана с 22 могилами. Эти раскопки дополняют ордынские материалы предметами изобразительного искусства, конского убора и позволяют с большей уверенностью говорить об особенностях культуры лесостепных племён новосибирского Приобья в скифское время.

 

Ордынская курганная группа расположена на левом берегу Оби, там, где соединяются долины Оби и её притока Орды, в урочище Кордон. При раскопках выяснилось, что на этом мысу находились две стоянки и два могильника неолитической эпохи, андроновский и карасукский могильники. А позднее, уже после сооружения курганов скифского времени, на их месте возникло кладбище сросткинских племён IX-X вв. н.э. Все перечисленные памятники раскапывались одновременно. В данной статье публикуются только материалы скифского времени.

 

Могильник помещался на невысокой надпойменной террасе левого берега Орды, вдоль её края, на площади 640×40 м, и частично заходил в бор. Он состоял более чем из 50 плоских земляных насыпей диаметром от 6 до 18 м, со следами ограбления в виде воронковидных углублений. Раскопки проводились в западной, ныне затопленной части курганного поля, в двух группах, расположенных на повышенных участках террасы (рис. 1). Из числа исследованных курганов к скифскому времени относятся 10 (№1, 2, 4-9, 11, 12). Курган 1 был раскопан в 1953 г., остальные — в 1954 г.

 

КУРГАН 1. Диаметр 10 м, высота около 50 см. В насыпи найден глиняный сосуд

(28/29)

Рис. 1. План расположения Ордынского могильника.

(Открыть Рис. 1 в новом окне)

 

с носиком-сливом (рис. 4, 7) и бронзовая рукоять ножа или зеркала (рис. 3, 14). В кургане 2 могилы. В древности он был окружён рвом, который раскопан на небольшом участке по линии бровки. Ширина его 50-70 см, глубина около 1,5 м.

 

Могила 1, подпрямоугольной формы, размерами 2,9×1,5 м, глубиной 2,5 м, ориентирована ССЗ-ЮВВ (рис. 2, 1). Она была заложена брёвнами в несколько рядов, по 4-5 брёвен в каждом ряду. Брёвна сохранились только в северо-западной части, не потревоженной грабителями. Судя по положению костей голеней и стоп, покойник лежал на спине, вытянуто, головой на ЮЮВ (рис. 2, 2). При нём найдены: у правого колена — бронзовый наконечник стрелы (рис. 3, 13), у левой ступни — глиняный кувшин (рис. 4, 8).

 

Могила 2, размерами 1,8×0,6 м, глубиной 1,4 м, не нарушена. Скелет подростка, положенного на спину, головой на СВ. На месте рёбер и позвонков жжёные угли, часть черепа обожжена. Вещей нет. Судя по ориентировке, это впускная могила более позднего времени.

 

КУРГАН 2. Диаметр 7 м, высота 40-50 см. В слое погребённой почвы найдена кучка пережжённых костей и янтарная бусина. Основная могила перерыта грабителями. Кости человека пожилого возраста (предположительно женщины) [4] находились в полном беспорядке, на разных глубинах. Вещей не найдено.

 

КУРГАН 4. Вытянут с З на В, размеры 20×15 м, высота около метра. На поверхности насыпи две грабительские ямы и третья для межевого знака. В кургане 2 могилы. Значительную часть кургана, включая обе могилы, окружал ров шириной 50-70 м, глубиной около метра (рис. 2, 5).

 

Могила 1, прямоугольной формы, размерами 2,75×2,00 м, глубиной 2,4 м, ориентирована СЗ-ЮВ. В юго-восточной части её сохранились концы продольных брёвен

(29/30)

Рис. 2. Планы курганов и погребений Ордынского могильника.

1, 2 — курган 1; 3, 4 — курган 8; 5, 7 — курган 4.

(Открыть Рис. 2 в новом окне)

 

длиной около метра, лежавших в 3-4 ряда, в северо-западном конце обрубки двух брёвен. На разных глубинах обнаружены кости взрослой женщины (?) и юноши (?). Найдены: черепок от венчика кувшина (рис. 3, 16), в западном углу — глиняный сосуд с поддоном (рис. 4, 1).

 

Могила 2 не нарушена грабителями. Почти квадратная, размерами 2,6×2,4 м, глубиной 2,10-2,25 м, ориентирована ССЗ—ЮЮВ. Сначала была перекрыта досками, затем мелкими продольными брёвнами и поверх их рядом крупных брёвен до 50 см диаметром, закрыта берестой (рис. 2, 6). Все брёвна сосновые, неокоренные, посредине верхнего наката лежала массивная суковатая берёза. Брёвна наката опирались на два поперечных бревна, лежавших на коротких сторонах могилы. Скелеты трёх мужчин, положенные на спину, в один ряд, головой на ЮЮВ (рис. 2, 7). Кости плохой сохранности. У западной стенки лежал скелет мужчины 20-30 лет. При нём найдены: на шее — бронзовая двухсоставная гривна (рис. 3, 1), под головой — бусина стеклянная глазчатая (рис. 3, 3), у затылка — бронзовая коническая пронизка (рис. 3, 2), у правого бедра — бронзовый крючок (рис. 3, 4), в ногах слева — глиняный сосуд (рис. 4, 4). Под гривной и крючком обнаружены кусочки войлока, под крючком — обрывок плетёной ткани. У головы слева лежали лопатка и рёбра барана. Два других скелета принадлежали мужчинам 40-60 лет. При среднем скелете найден справа у бедра бронзовый крючок с ремешком в отверстии (рис. 3, 5), под ним — фрагмент колчана. Череп третьего погребённого отсутствовал, вещей не найдено.

 

КУРГАН 5. Диаметр 14-15 м, высота 70 см. Могильная яма, нарушенная граби-

 

(30/31)

Рис. 3. Вещи из ордынских курганов.

1-5 — курган 4 мог. 2; 6-10 — курган 8; 11 — курган 7; 12, 15 — курган 5; 13, 14 — курган 1; 16 — курган 4 мог. 1; (3 — стекло; 6, 7, 9, 15 — кость; 11, 12 — камень; 16 — глина; остальные — бронза).

(Открыть Рис. 3 в новом окне)

Рис. 4. Глиняная посуда из ордынских курганов.

1 — курган 4 мог. 1; 2, 6 — курган 8; 3 — мог. Г; 4 — курган 4 мог. 2; 5 — курган 5; 7 — курган 1, насыпь; 8 — курган 1 мог. 1.

(Открыть Рис. 4 в новом окне)

 

телями, имела форму неправильного овала, диаметром 3 м, глубиной 2,75 м. Кости человека находились в разных местах могильной ямы, начиная с глубины 40 см. Основная масса костей принадлежала мужчине 18-20 лет, меньшая часть, в том числе череп, мужчине старческого возраста. Найдены: на дне могилы — глиняный кувшинчик (рис. 4, 5), выше дна на 70 см — роговой предмет с тремя отверстиями (рис. 3, 15), в заполнении обломок точильного камня (рис. 3, 12), в насыпи — обломки роговой пряжки сросткинского типа. В кургане было два погребения разного времени. К основному относится могильная яма, скелет юноши, кувшинчик, точильный камень и, возможно, роговой предмет. Второе погребение было на небольшой глубине в слое гумусированной земли, приставшие частицы которой сохранились на черепе пожилого мужчины, брошенном грабителями на дно могилы. По обломкам роговой пряжки впускное погребение датируется IX-X в. н.э.

 

КУРГАН 6. Диаметр 8 м, высота 25-30 см. На глубине 35 см найдены обломки бедреной кости человека. Могильная яма не прослеживалась.

 

КУРГАН 7. Диаметр 8 м, высота 40 см. Могила неправильной формы, размерами 3,5×2,0 м, глубиной 2,25 м. В заполнении её попадались куски дерева. На дне найдены: обломок нижней челюсти пожилого человека, каменная курильница (рис. 3, 11) и обломок железного ножа. На глубине 1 м — стеклянная призматическая бусина. Бусина и обломок железного ножа, по-видимому, из впускного погребения.

 

КУРГАН 8. Диаметр 8 м, высота 30 см (рис. 2, 3). Могильная яма размерами 2,5×1,6 м, глубиной 2 м. В заполнении встречались куски истлевшего дерева и угольки. Кости скелета юноши 18-20 лет не нарушены (рис. 2, 4). Он положен на спину, вытянуто, головой на ЮВ. Правая бедреная кость искривлена и на 8 см короче левой. В могиле найдены: у левой ступни — глиняный горшочек (рис. 4, 2), у правой ступни — глиняный кувшинчик (рис. 4, 6), у правого колена — бронзовая ажурная пронизь (рис. 3, 10) и костяной наконечник стрелы (рис. 3, 7), у левого локтя — костяной наконечник стрелы (рис. 3, 6), у левой пяточной кости — подвеска — костяной костылёк (рис. 3, 9), выше дна на 25 см — бронзовый наконечник стрелы (рис. 3, 8). К этой могиле с юго-восточной стороны примыкала другая яма, возможно грабительская, в которой найдены грудная кость и часть позвонка человека, попавшие сюда из первой могилы.

 

КУРГАН 9. Высота 30 см. Границы кургана не прослежены, так как по его северному склону проходила дорога, а юго-западная сторона сливалась с курганом 4. Могильная яма, размерами 3,0×1,8 м, обнаружена на глубине 70 см, ориентирована СЗ-ЮВ. Остатки дерева сохранились у юго-западного края. В заполнении найдены куски дерева и два обломка костей, в грабительской яме позвонок человека. Вещей нет.

 

КУРГАН 11. Диаметр 6 м, высота 20 см. Под насыпью ров диаметром 7 м, шириной 50 см, глубиной 40 см. Могильная яма прямоугольной формы, размерами 1,5×1,25 м,

(31/32)

глубиной 105 см. В ней лежали в беспорядке кости ребёнка.

 

КУРГАН 12. Диаметр 9 м, высота 70 см. Могильная яма подпрямоугольной формы, размерами 2,2-2,3 м, глубиной 1,5 м. У южной стенки на высоте 80 см от дна могилы лежали концы пяти брёвен в направлении СЗ-ЮВ. В могиле найден обломок тазовой кости человека.

 

Курганы 2, 6, 9, 11 и 12, оказавшиеся без вещей, отнесены к скифской группе по устройству могильной ямы и ориентировке, либо по обряду погребения, или наличию рва вокруг могилы.

 

Кроме подкурганных погребений, в западной части могильника были обнаружены две грунтовые могилы, которые по наличию рва, ориентировке одной из них (могила Б) и по типу горшка в другой (могила Г) синхронны курганам.

 

Могила Б примыкает к кургану 1 с восточной стороны. Яма неправильно-овальной формы, глубиной 1,6 м, ориентирована ССЗ-ЮЮВ. На дне её кости черепа и несколько других костей ребёнка. Могилу окружал ров диаметром 6 м, шириной 50-70 см и глубиной 70-110 см.

 

Могила Г расположена к ЮЗ от кургана 11. Яма неправильно-округлой формы, диаметром 1,6 см, глубиной 1,2 м. На дне, у юго-восточного края её, найден глиняный горшочек (рис. 4, 3).

 

*   *   *

 

Курганы представляют в настоящее время расплывшиеся земляные холмы. Их особенность — наличие вокруг могил рвов, указывающих, что первоначально надмогильные сооружения были иной формы. Ров ограждал могилы одного кургана, иногда являлся смежным и с соседними курганами. Обычная ширина рва 50-70 см, глубина около метра. Как полагает М.П. Грязнов, ограждения могил состояли не только из рвов, а из земляных или деревянных стенок, которые со временем развалились и приняли форму кургана. Там, где подобных сооружений не было, над могилами не оставалось следов насыпи.

 

Погребения совершались в прямоугольных грунтовых ямах, глубиной иногда более 2 м, ориентированных СЗ-ЮВ. Осталось неизвестным, как были укреплены стены могильной ямы, так как никаких следов их облицовки не сохранилось. Для большинства могил хорошо прослеживается продольное бревенчатое покрытие в один-два ряда брёвен или заложение ими всей ямы. Оба варианта можно встретить в одном кургане (например, курган 4). Накат покоился на двух поперечных брёвнах, положенных на короткие стороны могилы.

 

Умерших клали на спину, с вытянутыми руками и ногами, головой почти всегда на ЮВ. Могила обычно предназначалась для одного человека. Только в кургане 4 в могиле 2 похоронены трое мужчин. Ритуал предполагал определённое размещение вещей в могиле. Так, всегда в ногах ставился глиняный сосуд с пищей. Остальные предметы находились на одежде погребённого. Курганы были ограблены и большинство инвентаря унесено грабителями или сдвинуто с первоначальных мест. Только две могилы остались не потревожены. В одной из них (курган 4, могила 2) около двух мужских скелетов найдены бронзовые крючки от колчана, лежавшие у правого бедра, ближе к колену. Подобное же положение крючка с правой стороны засвидетельствовано в могиле на Ближних Елбанах III. [5] Только, в отличие от ордынских, этот крючок сделан из железа. По положению крючка можно предположить, что колчан носился на правом боку. Колчаны со стрелами не сохранились, последние были, по-видимому, деревянными. В ордынском погребении под одним крючком был найден фрагмент колчана. Это кусок дерева с берёстой, к нему деревянными гвоздиками кубовидной формы прибит кусок толстой кожи. Поверх кожи лежал обрезанный сучок дерева с корой, расплющенный конец которого находился под крючком. Форму колчана восстановить не удаётся.

 

Мужчины носили на шее бронзовые гривны. Подобный обычай был известен и у правобережных верхнеобских племён. [6]

 

Стерженьки с отверстием для подвешивания, так называемые костыльки (рис. 3, 2), в могилах встречаются редко и их назначение неизвестно. Костылёк из ордынского кургана, лежавший возле ступни погребённого, указывает на то, что некоторые из них могли употребляться как застёжка для обуви.

(32/33)

 

Первое место в инвентаре занимает глиняная посуда. Это баночный сосуд с выпуклыми боками, сужающийся к горлу. Сюда же относятся два сосуда, в основе, составляющие банку, но с некоторыми дополнениями: одна с носиком-сливом, другая, имеющая выпуклое дно, с невысоким поддоном. У баночных сосудов край венчика срезан внутрь или прямо обрезан и закруглен. Вторая форма — кувшин с шаровидным туловом, узкогорлый, с незначительно отогнутым наружу верхним краем, с закруглённым обрезом венчика.

 

Сосуды, за исключением маленького кувшина, плоскодонные, с устойчивым дном. Они без орнамента или с очень простым орнаментом в виде выдавленных точек или нечётких оттисков зубчатой лопаточки, нанесённых небрежно. Сосуды тёмного цвета, кроме двух красных кувшинов (рис. 4, 5, 8). Поверхность хорошо обработана и заглажена, стенки равномерной толщины. В глине крупные примеси песка и дроблёного камня. Сосуд со сливом лощёный, отличается от остальных лучшей отделкой поверхности. В могилу ставили кувшин или баночный сосуд. В кургане 8 они были найдены вместе. В курганной группе Новый Шарап I найдено почти втрое больше глиняных сосудов. И там соотношение их форм одинаковое с Ордынским могильником: около половины составляют баночные сосуды, вторую половину — кувшины. В обоих могильниках найдено по одному сосуду на поддоне и одному со сливом.

 

Для интересующего нас района неизвестна керамика послекарасукская, непосредственно предшествующая ордынской. С местной ирменской керамикой последняя не имеет преемственной связи. Посуда из Ордынского и Новошарапского могильников составляет особую керамическую группу, характерную для новосибирских лесостепных племён. Она отличается от керамики из грунтовых верхнеобских могильников, где господствующей формой был кувшин с овальным туловом с отверстиями для подвешивания. Эти сосуды сделаны из хорошо приготовленной керамической массы, богаче украшены. Различие между ними не только хронологическое (ордынская посуда древнее), но и в том, что они изготовлялись разными группами племён.

 

Керамический материал позволяет определить относительную хронологию ордынских курганов. Для установления их абсолютной даты служат немногие предметы погребального инвентаря. Это, в первую очередь, бронзовые наконечники стрел. Один из них трёхлопастной, с укороченной втулкой (рис. 3, 13). Подобные ему наконечники стрел, легкие и изящные, в Южной Сибири не встречаются. Аналогии им имеются среди памятников савроматских племён V-IV вв. до н.э. [7] Второй наконечник стрелы, массивный, трёхлопастной с округлым черешком, является южносибирским типом (рис. 3, 8). Наиболее близок ему наконечник стрелы из кургана в улусе Райковом в Хакассии, найденный в комплексе вещей VI-V вв. до н.э. [8]

 

Бронзовые колчанные крючки, аналогичные ордынским, находят в памятниках скифского времени на Алтае и в Туве, датируемых V-III вв. до н.э. [9]

 

Стеклянные глазчатые бусы имеют широкое распространение. Бусы, подобные ордынским и новошарапским, встречаются в савроматских курганах V-IV вв. до н.э.

 

В ордынских курганах отсутствуют изделия из железа, в новошарапских — железные предметы являются редкостью. Железный чекан из курганной группы Новый Шарап I аналогичен железному чекану из кургана V-IV вв. до н.э. в Быстрянском могильнике Алтайского края. [10] Полная смена бронзовых орудий железными произошла в Южной Сибири в III в до н.э.

 

Приведённые аналогии дают возможность датировать ордынские курганы V-IV вв. до н.э.

 

Курганные группы Новый Шарап I [11] и Ордынская одновременны и сходны по ритуалу. Погребения совершались в глубоких

(33/34)

прямоугольных могильных ямах, перекрытых бревенчатым накатом или заложенных брёвнами, с устойчивой юго-восточной ориентировкой, нигде в Южной Сибири не встречающейся, [12] со своеобразной керамикой, ставившейся в ногах умершего, и сопровождающим инвентарём.

 

В обоих могильниках нередки находки предметов вооружения — колчанов со стрелами, кинжалов, чеканов. Мужчины должны были носить при себе оружие. О немирной обстановке свидетельствует также погребение трёх мужчин в одной могиле, одновременно погибших.

 

Погребений человека с конём не найдено. О роли верхового коня в жизни новосибирских племён можно судить по принадлежностям сбруи, которые были найдены в новошарапских курганах. Это железные удила и набор костяных и бронзовых блях, украшавших конскую узду.

 

Уздечные уборы, чеканы, поясные бляхи и другие предметы украшались изображениями в скифо-сибирском зверином стиле. Их мотивами были рогатый тигр, терзающий барана, фигуры хищников, стилизованные головки грифона, медведи. Сделаны они из бронзы или кости; по некоторым общим изобразительным приёмам — близки алтайским и минусинским. Но им присущи свои стилистические особенности, которые позволяют считать эти изображения изделиями местных мастеров.

 

Раскопанные курганы дают нам некоторые сведения о занятиях оставивших их племён. Кости животных были найдены в одной ордынской могиле и один раз в курганной группе Новый Шарап I. Курганный обряд погребения, расположение курганов в удобной для занятия скотоводством местности, звериный стиль в искусстве и конский убор в погребениях характеризуют эту культуру как скотоводческую.

 

Отмеченные выше особенности свидетельствуют о существовании в лесостепном Приобье в середине и второй половине I тысячелетия до н.э. особой этнической группы племён со своеобразной культурой скифского круга. Слабая изученность данного района не позволяет в настоящее время наметить границы распространения этой культуры. По-видимому, сюда же относятся курганы, раскопанные А.П. Уманским в 1965 г. выше по Оби у г. Камня. [13] С новосибирскими их роднит погребальный обряд и инвентарь — глиняная посуда, оружие, предметы изобразительного искусства, обычай помещать в могиле не коней, а только их сбрую. К сожалению, остаются нераскопанными курганы соседней Барабинской степи, о близости которых Ордынским можно только предполагать.

 

От своих соседей — верхнеобских осёдлых племён, хорошо изученных благодаря раскопкам у с. Большая Речка, их отличает курганный обряд погребения, устройство камеры, ориентировка, наличие предметов искусства и конского снаряжения Эти различия вызваны иным хозяйственным укладом с большой ролью скотоводства и, может быть, полуподвижным образом жизни.

 

Культура новосибирских племен имеет много общего с современными ей культурами Минусинского края и Алтайских предгорий, а также восточной группы савромат. О характере связей можно будет судить после более широкого исследования лесостепного Приобья. Изучение района, занимающего пограничное положение между лесными областями Западной Сибири и степной полосы Сибири и Казахстана, имеет важное значение для решения вопросов истории культуры скифского времени. [14]

 


 

[1] М.П. Грязнов. Отчёты Новосибирской экспедиции за 1952-1953-1954 гг. Архив ИА АН СССР. ГЭ, колл. 2272. Автор статьи принимала участие в раскопках этих лет.

[2] «Наука и техника», 1925, №52.

[3] Т.Н. Троицкая. Могильники у с. Новый Шарап (печатается в сб. сибирского отд. АН СССР).

[4] Определение пола и возраста погребённых произведено М.П. Грязновым.

[5] М.П. Грязнов. История древних племён Верхней Оби по раскопкам у с. Большая Речка. МИА, 48, 1956, стр. 94.

[6] Там же, стр. 95.

[7] К.Ф. Смирнов. Савроматы. М., 1964, стр. 341, рис. 47, .

[8] А.Н. Липский. Археологические раскопки в Хакассии. КСИИМК, вып. 64, 1956, стр. 123, рис. 53, 3.

[9] Л.Р. Кызласов. Этапы древней истории Тувы. Вестник МГУ, 1958, 4, табл. II, 72, 86.

[10] М.П. Завитухина. Курганы у села Быстрянского в Алтайском крае (по раскопкам С.М. Сергеева в 1930 г.). АС, 8, 1966, стр. 63, рис. 2, 2.

[11] При ознакомлении с материалами новошарапских могильников по фотографиям и рисункам, любезно предоставленным Т.Н. Троицкой, создалось впечатление, что вторая курганная группа более ранняя. Она отличается от первой и от Ордынского могильника большим количеством погребений в насыпи, глиняной посудой, преобладанием железных предметов, обычаем снабжать умерших мясной пищей и др. Вторая новошарапская группа хронологически следует за ордынской и первой новошарапской и представляет дальнейшее развитие одной культуры.

[12] В эпоху бронзы юго-восточная ориентировка умерших и вытянутое положение скелетов встречены в Томском могильнике на Малом мысу.

[13] А.П. Уманский. Безмолвные стражи алтайских степей. «Алтай», 1966, 2, стр. 109-114.

[14] М.П. Грязнов. К вопросу о культурах эпохи поздней бронзы в Сибири. КСИИМК, вып. 64, 1956, стр. 27.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

наверх

главная страница / библиотека / обновления библиотеки