главная страница / библиотека / обновления библиотеки

Новое в советской археологии. Памяти Сергея Владимировича Киселёва. К 60-летию со дня рождения. / МИА № 130. М.: 1965Л.П. Зяблин

Архитектура курганов чаатаса Гришкин Лог.

// Новое в советской археологии. / МИА № 130. М.: 1965. С. 282-286.

 

Каждый археолог стремится воссоздать первоначальный вид исследуемого памятника. Современная полевая методика разработала способы изучения кургана как архитектурных памятников. [1] Большие возможности для подобной работы доставляют раскопки чаатасов.

 

Всем, кто хотя бы раз видел чаатас, запоминается живописный беспорядок его каменистых холмов, задернованных и заросших растительностью; каменные столбы-плиты, покосившиеся в разные стороны, ещё более усиливают впечатление беспорядочного нагромождения камней. Между большими каменными холмами промежутки заполнены мелким камнем. Воронки на этих холмах порою весьма значительны и создают впечатление, что курганы ограблены. Мы поставили перед собой задачу разобраться в этом кажущемся хаосе и установить закономерность и регулярность в залегании каменных плит.

 

В 1960-1961 гг. на территории, подлежащей затоплению водохранилищем Красноярской ГЭС, нами были произведены раскопки на чаатасе Гришкин Лог близ д. Сарагаш в Хакасской автономной области. Этот чаатас состоит из девяти курганов — два из них раскопаны С.А. Теплоуховым, [2] шесть — нами и один разрушен. [3]

 

Чаатас Гришкин Лог внешне ничем не отличается от других могильников кыргызов-хакасов VI-X вв. Мы решили здесь выяснить конструкцию его погребальных сооружений. Это требовало самой тщательной расчистки для выяснения взаиморасположения всех каменных плит, составляющих сооружение. Преимущественно ножами, удаляли всё, что не имело отношения к сооружению — землю, растительность, мелкобитый камень — и оставляли на месте средние и крупные камни и плиты, лежавшие плашмя друг на друге. Все камни, первоначальное положение которых явно было нарушено, убирали прочь.

 

Одновременно с расчисткой, которая велась сверху, мы постепенно очищали сбоку внешнюю границу сооружения, которая выявилась прежде, чем мы увидели, каким образом оно завалилось во внутрь. Как только мы находили где-нибудь часть внешней стены, дальнейшая её расчистка производилась обычным приёмом в обе стороны, расширяя эти участки, в конце концов выявляли всё сооружение, определяя его размеры, план и конструкцию стен. Повсюду можно было определить, сколько горизонтальных рядов плит, образующих стену, сохранилось на месте. Минимально таких плит насчитывалось шесть рядов, при высоте уцелевшей части стены около метра. Плиты клались преимущественно по правилу перевязки швов, как это делается при кладке кирпича. Более толстые плиты лежали в основании стены, помельче — в верхних рядах.

 

Наружная поверхность стен около могильного сооружения была сравнительно равной. Внутри неотёсанные разномерные плиты песчаника имели неровные края и разную толщину, что мешало при кладке сделать обе стороны стен ровными. Строители, находясь у внешней стены, заботились о прочности и тщательности укладки плит только со своей стороны. Внутренняя поверхность стены оказывалась «рваной» и неровной. При разрушении стен, лишённые связующего раствора плиты сползали преимущественно во внутрь. Картину такого разрушения мы наблюдали после окончательной очистки завала: он похож был на гигантскую каменную розу; плиты из стены сооружения, постепенно сдвинувшись во внутрь, налегли краями друг на друга так, что получился «веер» и воронка над могилой.

 

Мы не трогали горизонтальные ряды плит, чтобы установить размеры сохранившейся части стены, но убирали все вертикальные или наклонные плиты. Разборку завала вели так, чтобы оставались на месте горизонтальные плиты, лежавшие на других плитах хотя бы частично. В некоторых местах можно было заметить разрывы между собственно стеной и завалом. Такие разрывы были заполнены землёй и указывали нам на границы стены. В других случаях значи-

(282/283)

(283/284)

Рис. 1. План ограды кургана 1.

(Открыть Рис. 1 в новом окне)

Рис. 2. План ограды кургана 2.

(Открыть Рис. 2 в новом окне)

тельные по размерам плиты находились в вертикальном положении у грани стены, прикрывая её.

 

После расчистки остатки сооружения около могилы представляли собою ограду толщиной до одного метра. Внутри ограды находилась могила. В некоторых случаях над могилой лежала груда камней, но без определённого порядка. Среди этих камней обычно встречались следы деревянного перекрытия могилы.

 

С внешней стороны около ограды стояли высокие плиты-столбы. Их количество и ориентировка широких граней были различны. Столбы ставились в неглубокие ямки, вследствие чего они падали или принимали наклонное положение, их не сдерживали закрепляющие устройства в виде контрфорсов и «клиньев» у основания столбов.

 

Для того чтобы точно установить размеры и план оградок, мы после разборки оставляли на месте нижний ряд плит. Выяснилось, что курганы 1, 3, 4 и 5 имели прямоугольную в плане ограду, а курганы 2 и 6 — круглую. Около круглых оградок высокие столбы ставились так, что их широкие грани были обращены преимущественно к середине ограды. У прямоугольных оград такие столбы ставились по углам, узкими гранями в направлении юго-запад — северо-восток (рис. 1). Количество столбов около всех оградок было различно, но не менее четырёх. Один из курганов, раскопанных С.А. Теплоуховым в Гришкином Логу, имел до девяти столбов, и, судя по их ориентировки, ограда здесь была круглой, хотя сам раскопщик этого не установил. [4]

 

У нас с западной стороны сооружения во всех случаях (кроме кургана № 1) два столба стояли на середине, близко друг к другу, обозначая собою своеобразные «ворота». Л.А. Евтюхова описала у одного кургана на Копёнском чаатасе «четырёхугольный выступ, как бы крыльцо». [5]

(284/285)

Рис. 3. Вид восстановленной ограды кургана 2.

(Открыть Рис. 3 в новом окне)

Назначение этой части сооружения неясно. При раскопках в Гришкином Логу мы обратили особое внимание на сохранность стены ограды. Она не имела перерыва в кладке. В некоторых случаях здесь отмечены даже более крупные плиты, чем обычно. Таким образом, ограда была замкнутой, а доступа внутрь не было (рис. 2). Она во всех курганах вписывалась в пределы, ограниченные столбами.

 

В 1958 г. М.П. Грязнов сделал реконструкцию одного кургана на другом могильнике в том же Гришкином Логу, но время его сооружения не устанавливается, так как погребение было разрушено, и вещей при нём не найдено. В реконструированном виде этот курган схож с реконструкцией кургана нашего чаатаса. [6]

 

По-видимому, над оградой устраивалась кровля. Мы обнаружили куски жердей среди развала камней внутри оградки кургана 5. В этом кургане не было перекрытия из дерева на могиле (как не было и самого погребения). Это же самое отмечено и на кургане 4. Похоже, что первоначально здесь были положены жерди на стены ограды, а на жерди, возможно, клались шкуры или войлок. Так выглядело это «жильё» для умерших: в одном случае похожее на круглую юрту, в другом — на прямоугольный дом. Эти два типа жилищ известны ещё по Боярской писанице тагарского времени.

 

Описанный выше способ раскрытия каменного надмогильного холма на чаатасе применён впервые. С.А. Теплоухов на этом могильнике раскопал один курган широкой траншеей, а другой «колодцем». Следы его раскопок видны и сейчас. При таком способе раскопок понять устройство сооружения было невозможно.

 

Совершенным для своего времени способом раскапывали курганы чаатасов С.В. Киселёв и Л.А. Евтюхова: «все курганы раскапывались с полным снятием всей насыпи путём поквадратного её удаления сначала с восточной, а потом

(285/286)

с западной половины». [7] Некоторые детали устройства погребального сооружения, установленные ими, подтверждаются и нашими раскопками. У С.В. Киселева в отчёте о раскопках на Уйбатском чаатасе мы находим ценные наблюдения. Он пишет, что «первоначально насыпи курганов были сложены из плит правильной кладкой и имели вид прямоугольной «плиты», помещавшейся внутри четырёхугольника, образованного каменными стелами». [8] Такое наблюдшие С.В. Киселёва правильно отражает частный случай, но не исключает других вариантов.

 

В конце своих раскопок мы сделали реконструкцию кургана (№ 2). Для выполнения этой задачи мы разметили раскоп на сектора, а камни с каждого сектора сносили в определённое место. По окончании раскопочных работ эти камни были положены на место в своих секторах на нижний ряд плит.

 

Таким образом, мы сохранили подлинные размеры стены. При восстановлении стен не имело существенного значения, в каком порядке клались камни: лежавшие на верху могли быть теперь положены в нижние ряды. Важно, чтобы на заданной ширине стены было уложено то количество кубометров камня, которое мы переместили при раскопках. Подобная работа по реконструкции первоначального вида ограды была проделана шестью рабочими за пять часов. Получилось сооружение, представленное на рис. 3. Первоначальная высота ограды около могилы знатных кыргыз-хакасов VI-VIII вв. (там находились три трупосожжения) была не менее 1,7 м при диаметре около 6 м и толщине стен 0,8 м.

 

Скрупулёзное вскрытие могильных сооружений самых различных эпох, произведённое Красноярской археологической экспедицией, дало такие же оградки для афанасьевской и карасукской культур. Однако подобные круглые или прямоугольные ограды до VI в. встречаются редко и не составляют типичных черт культуры. Только в кыргызскую эпоху они прочно вошли в погребальный обряд знати. Высокие камни вокруг кыргызской могилы могут быть сопоставлены с угловыми камнями на тагарских курганах, особенно в позднее время, когда их ставилось до 12.

 


 

[1] М.П. Грязнов. Курган как архитектурный памятник. Тезисы докладов на заседаниях, посвящённых итогам полевых исследований в 1961 г. М., 1961, стр. 22-25.

[2] С.А. Теплоухов. Опыт классификации древних металлических культур Минусинского края. — МЭ, IV, вып. 2, 1929, стр. 54.

[3] Между курганами на площади более 1000 кв.м открыто 65 малых могил — взрослых и детских, трупосожжений и трупоположений. Описание здесь этих могил не входило в нашу задачу.

[4] С.А. Теплоухов. Указ. соч., стр. 54, табл. II, VI.

[5] Л.А. Евтюхова. Отчёт о раскопках у с. Копёны Хакасской автономной области шести курганов (284/285) типа чаатас в 1939 г. — Архив ЛО ИА АН СССР, ф. 35, оп. 1, № 21, л. 4.

[6] М.П. Грязнов. Археологические работы на строительстве Красноярской ГЭС (тезисы доклада). — Архив ИА АН СССР, Р-3, 822, л. 6.

[7] Л.А. Евтюхова. Указ. соч., л. 4.

[8] С.В. Киселёв. Отчёт о работе Саяно-Алтайской экспедиции в 1936 г. — Архив ЛО ИА АН СССР, д. 255, л. 21.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

наверх

главная страница / библиотека / обновления библиотеки