главная страница / библиотека / обновления библиотеки

Страны и народы Востока. Вып. Х. Средняя и Центральная Азия: география, этнография, история. М.: 1971. Б.И. Маршак

К вопросу о восточных противниках Ирана в V в.

// Страны и народы Востока, т. Х. 1971. С. 58-66.

 

В последние годы проблемы, связанные с восточной политикой Сасанидов, оживлённо обсуждаются в научной литературе, посвящённой истории Средней Азии и Афганистана. Об этих проблемах речь идёт и в специальных главах обобщающих трудов [10; 11; 12; 5], и в статьях [3; 8; 9; 18; 25], и в многотомных исследованиях [20; 27], и, наконец, в рецензиях на исследования [33].

 

Все эти труды, появившиеся за последние полтора десятилетия после обобщающей книги Р. Гиршмана [26], можно разделить на две группы: работы, связанные с европейской научной традицией изучения арабо-персидских, армянских и византийских авторов, и работы, опирающиеся почти исключительно на независимые от этой традиции материалы — монеты и китайские источники. Вторая группа работ [7; 25; 27] находится в противоречии с первой. Согласно работам второй группы враги на восточной границе сасанидского государства до конца V в. находились не западнее и не севернее территории современного Афганистана, тогда как по работам первой группы получается, что противники Сасанидов (кидариты, хиониты или эфталиты) находились также и в Мавераннахре, и в юго-восточном Прикаспии.

 

Как показал В.Г. Луконин [7] на основании анализа кушано-сасанидских монет, захват Сасанидами кушанских владений в Афганистане относится к 370-380 гг., а полностью они оставили эти владения не ранее 460-х годов. Монеты кидаритов и других предшественников эфталитских монархов VI в. появляются не ранее конца IV в. Эти монеты подражательны по отношению к сасанидским, они связаны с территориями южнее Амударьи. Одновременно со статьей В.Г. Луконина появилось многотомное исследование Р. Гёбля, который относит к 371-385 гг. всех сасанидских правителей кушанских земель, а к 385-440 гг. всех кидаритов [27, I, стр. 24]. Проблемы, затронутые в книге Р. Гёбля, настолько велики и многообразны, что нуждаются в специальном рассмотрении. Отметим только, что материалы Р. Гёбля не дают оснований для отказа от предложенной В.Г. Лукониным датировки кушано-сасанидских правителей.

 

К. Эноки показал, что по китайским источникам к 479-510 гг., а не ранее относится экспансия эфталитов на север и на восток от Тохаристана.

 

В 435-450 гг. китайские авторы не отмечают присутствия эфталитов на территории Мавераннахра [9].

 

Однако в других источниках есть сведения, которые обычно понимаются как нашествие на Иран хионитов (или эфталитов) из Мавераннахра при Варахране V (426 г.), а также сведения о войнах йез-

(58/59)

дигерда II и Пероза с кидаритами, кушанами, гуннами, хионитами и эфталитами, которые относят к территории юго-восточного Прикаспия. Такие сведения, казалось бы, говорят о том, что в V в. вся хорасанская граница была зоной столкновений Ирана с могущественной враждебной державой или с коалицией враждебного государства и союзных ему кочевников [8]. Создается впечатление, что две группы источников противоречат друг другу. Однако у византийских, сирийских, арабских, персидских, армянских авторов есть сообщения, которые не укладываются в концепцию о едином государстве или о коалиции от Каспия до Памира.

 

Прежде всего, надо отметить, что ни один из древних авторов не говорит о двух фронтах: в Прикаспии и в Тохаристане, но, говоря об одной и той же войне, разные авторы позволяют связывать её с разными территориями. Егише Вардапет, участник войн Йездигерда II против «хонов, которых называют также кушанами», пишет о военных действиях с 442 по 449 г., о походе 450 г. и о походе 454 г.; он приводит указ царя, назначившего сбор войск для первого похода в Апаре (округа Нишапура), что само по себе свидетельствует о восточном, а не северном направлении похода. Сведения о более поздних кампаниях не оставляют сомнения в том, что речь идёт о походах в Тохаристан [4, стр. 13-19, 30-31].

 

Сирийская хроника г. Карка де бет Селох сообщает, что после 446/7 г. Йездигерд II отправился в провинцию Чол (Чор), разбил местных царьков и построил там город Шахристан — Йездигерд. Считают, что речь идёт о войне на восточном берегу Каспия, где позднее жили тюрки, предводителя которых называют дехканом Сулом (Чулом) [28, стр. 277-281]. В VII — начале VIII в. Сул был главным врагом арабов в этом районе. Однако известны два Чола (Чора, Чула, Сула) — в районе Гургана и в районе Дербента, которые постоянно путаются в источниках, начиная с позднесасанидского времени. У Табари говорится о постройке Перозом в стране Сул укреплений для защиты от нападений абхазов, банджаров, баланджаров и аланов, т.е. о постройке крепости в Дербенте, но через несколько строк говорится о строительстве Хосрова I в той же местности, причём указывается, что строительство велось из камня, добытого в Гургане. На следующей странице упоминается столкновение Хосрова с тюркским каганом, причём снова, хотя излагается один эпизод, в одной строке появляется граница Армении, а в другой — граница Гургана [19, стр. 453— 454; 21, стр. 895-896]. После того как во второй половине VI в. тюрки появились у стен Дербента и в Чуле на востоке от Каспия, хронисты часто оказывались не в состоянии разобраться, о какой из этих местностей говорилось в сочинениях, более близких по времени к событиям V в. Сообщение «Списка столиц» [30] восходит к позднесасанидским источникам, в которых, как показывает анализ опирающегося на них Табари, спутаны оба Чола.

 

Егише отмечает успехи Йездигерда к 11-му году его правления (449 г.) и в борьбе с кушанами, царь которых «был обессилен», и в борьбе с гуннами, которые нападали на Иран через ущелье Чора [4, стр. 19]. Приск Панийский сообщает о набеге гуннов на Иран около 448 г. [17, стр. 62]. Егише пишет о строительстве персами крепости в Чора на Кавказе при Йездигерде [4, стр. 28], и о расположенном неподалеку от Чора г. Шахристане [4, стр. 127], и о войнах, шедших в середине V в. в восточном Закавказье.

 

Что же заставило почти всех специалистов [14, стр. 44; 28, стр. 277-281; 30, стр. 38, 43 и др.] считать, что в рассказе сирийской

(59/60)

Иран и его восточные соседи в V в.

 

хроники сообщается о событиях в восточном, а не в западном Прикаспии? Видимо, здесь сказалось то, что по Приску войны Пероза с кидаритами, а по Прокопию Кесарийскому и роковой для Пероза бой с эфталитами происходили близ Гургана (Горго) [17, стр. 90-91; 15, стр. 21-38]. О войне с кидаритами сведения сохранились только у Приска, и это затрудняет анализ. Что же касается последнего похода Пероза, то о нём писали многие. Авторы, чьи сведения восходят к сасанидской исторической традиции, дают несколько версий. Но все они относят столкновение к Тохаристану. Римские и византийские историки имели весьма смутное представление о землях, лежавших к востоку от Гургана (Гиркании). Даже Аммиан Марцеллин, который лучше других знал географию Ирана, считал, что Амударья течёт через Гирканию, что Маргиана окружена горами и граничит с Гирканией, что Хеджей относится к Бактрии и впадает в Амударью [6, стр. 11, 186-188]. Прокопий Кесарийский описывает местность, в которой был окружён Пероз, как горную долину, очень длинную, окружённую «крутыми горами, покрытыми чащей густых деревьев», и помещает её около Гургана [15, стр. 21-38]. Восточные авторы, говоря о походах Сасанидов, также упоминают Гурган, но не как конечный пункт иранских земель, а как важный район, который не могла миновать царская армия, шедшая из западного Ирана в Хорасан. Так, Егише пишет о походе Йездигерда в 454 г.: «Он перешёл землю Вркан и, когда достиг страны Апар, то приказал в крепости г. Нишапур задержать пленными князей и священников, которых вёл с собой» [4, стр. 235-236]. Соприкосновение с противником произошло позже.

 

В легенде о войне Варахрана V с тюрками, в версии, приведенной у Динавери, маршрут похода описывается так: Гурган — Неса — Мерв [19, стр. 475]. В начале VII в. наместником Гургана был армян-

(60/61)

ский нахарар Смбат Багратуни. В 608 г. (18-й год Хосрова II) Смбат с войском через Кумис и Гурган, где он пополнил свои отряды, пошёл на Хорасан, разбил «кушан» и, «вернувшись оттуда, расположил войско в Апар-шахре, в области Тос (Тус)» [18, стр. 142; 16, стр. 70-73]. Это сообщает Себеос — младший современник и родич Смбата. Таким образом, Гурган в подробных рассказах восточных авторов оказывается не ближним тылом сасанидской армии, а ее глубинной базой, связанной как с Хорасаном, так и с центральными районами Ирана.

 

То, что византийские послы застали Пероза, шедшего на кидаритов, в Гургане, как и то, что, находясь в Гургане, Пероз объявил войну эфталитам [13, стр. 42], свидетельствует о важной роли Гургана как исходного пункта больших походов на восток, той роли, которую этот район продолжал играть еще в начале VII в., но это не доказательство того, что целью походов были окрестности Гургана. Опасные для Ирана столкновения в восточном Прикаспии начались после смерти Смбата (в 618 г.), когда армянские войска, составлявшие при Смбате основную часть гурганской армии, восстали и перешли на сторону тюрок. С тюрками они обошли Каспийское море и вернулись на родину в 628 г. во время тюркского похода через Чор (Дербент) [16, стр. 76]. Видимо, тюрки Сула захватили Гурган только после 618 г.

 

В 620-х годах, когда западнотюркский каган Тун шеху вёл победоносную войну с Ираном на трёх фронтах: в районе Гиндукуша [22, стр. 24], в Гургане и в Восточном Закавказье, у иранцев стали складываться легенды о победителе тюрок Бахраме Чубине, которые должны были получить особую популярность в страдавшем от тюркских набегов Хорасане. К последним десятилетиям существования сасанидского государства относятся, видимо, и другие легенды о победителях тюрок, причем победы над хаканом стали приписывать нескольким сасанидским царям, которые жили задолго до появления тюрок на исторической арене. Прославленный победитель — Бахрам Чубин был узурпатором. Легитимистское сознание сасанидского общества требовало другого героя, законного обладателя фарра. И вот наряду с романом о Бахраме Чубине появляется роман о Бахрам Гуре, законном царе и победителе тюрок. До нас дошли версии этого романа, включённые в сочинения Табари, Бал'ами, Динавери и других историков, а также его поэтический пересказ у Фирдоуси. Абсолютная недостоверность и беллетристический характер большинства эпизодов романа очевидны. Тюркский эпизод тоже изобилует анахронизмами и легендарными подробностями.

 

Прежде всего, враги Бахрама Гура названы тюрками, которых возглавляет хакан, упоминается и жена хакана — хатун. Всё это перенос в первую треть V в. реальной обстановки конца VI — начала VII в., отразившейся и в романе о Бахраме Чубине. Огромное войско тюрок в 250 тыс. человек, угрожавшее самому существованию Ирана, гигантская добыча, взятая у тюрок, и многие другие детали в совокупности могут быть поняты не только как обычное преувеличение, но и как анахронизмы. Интересно, что, повествуя о событиях более позднего времени, хроники называют современников Пероза и Ковада эфталитами, а не тюрками, причём их предводителя почти всегда называют не хаканом, а просто царём эфталитов.

 

Это показывает вставной характер всего эпизода.

 

Сама фабула явно авантюрна. Полчища хакана появляются на границах Ирана. Шах Бахрам Гур, оставив наместником своего брата Нарсе, уезжает в Азербайджан охотиться. Подданные решают, что

(61/62)

царь «бежит от врага и предаёт своё царство» [21, стр. 863, 864; 19, стр. 445]. Они готовы подчиниться хакану и платить ему налоги. Бахрам скрытно подходит к лагерю хакана и хитростью наводит ужас на войско врага. По Табари, с Бахрамом было только 300 воинов и 7 вельмож [32, стр. 105]. Динавери рассказывает, как персы привязали к шеям 7 тыс. жеребят надутые воловьи шкуры, в которые перед этим набросали камней, а затем погнали этих жеребят в сторону противника, чтобы напугать его шумом [19, стр. 475]. Бахрам Гур своими руками убивает хакана, захватывает в плен хатун, берёт венец хакана и неисчислимую добычу. Затем персы переправляются через Амударью и ставят башню, как пограничный знак, на новой границе в глубине страны тюрок. [1] Наместником на востоке Бахрам оставляет Нарсе, а сам возвращается в Иран и освобождает народ от налогов за три года «в благодарность за дарованную ему победу».

 

Этот Нарсе снова появляется как наместник всего государства в рассказе Бал'ами о полностью вымышленных приключениях Бахрама в Индии (36, стр. 125]. Судя по тому, что в дальнейшем изложении у Бал'ами к Нарсе отнесены сведения, которые у Табари сообщаются о министре Михр-Нарсе (ср. [36, стр. 125-126] с [32, стр. 138-112]), можно предположить, что брат Бахрама вообще вымышленная фигура. Рассказы о Бахраме Гуре и Нарсе были известны не только как часть хроники, но и как отдельная книга. В Фихристе упоминается среди других сасанидских романов сочинение под названием «Бахрам Гур и его брат Нарсе» [23, стр. 58].

 

Всё, о чем шла речь, как будто позволяет отнести тюркский эпизод к таким же вымышленным, как и индийский. Этому, казалось бы, противоречит топографическая достоверность некоторых версий (Динавери, Фирдоуси). Нападение тюрок из Мавераннахра на окраины Мервского оазиса, подход подкреплений к персам со стороны Гургана через Нису, преследование тюрок через пустыню до Амуля — всё это, видимо, отражает какие-то реальные столкновения, но скорее столкновения не V, а VII в. Авторы средневековых романов, когда они писали о знакомых местах, вообще дают достоверную топографию при полной недостоверности сообщаемых «исторических» сведений. Таким был, например, как показал В.В. Бартольд, известный роман об Абу Муслиме [1, стр. 189-194].

 

Таким образом, у нас нет достоверных данных о каких-либо войнах на северной границе Хорасана до прихода тюрок во второй половине VI в.

 

Более достоверные сведения имеются о событиях на восточной границе. Борьба Йездигерда II с хонами — кушанами в 50-х годах V в. н борьба Пероза в 60-х годах того же века с кидаритскими гуннами — это, вероятно, войны с одним и тем же противником [8, стр. 66-67, 70-72]. Поскольку инициатива первых кампаний Йездигерда II исходила от него, можно считать, что война шла на кушанской территории. Одна из битв произошла у Мерверруда [18, стр. 141-142; 29, стр. 302], следовательно, к началу походов 442 г. вся Бактрия была оставлена Сасанидами. Варахран, «великий шах кушан», начавший править в 389 г. в качестве сасанидского наместника (7, стр. 30-32], видимо, лишился своих земель задолго до 440-х годов, поскольку Егише, говоря об аргументах, которые приводились совет-

(62/63)

никами Йездигерда в пользу объявления войны кушанам, даже не упоминает о том, что кушанские земли недавно принадлежали Ирану [4, стр. 13-14]. Горный проход в страну кушанов, о котором пишет Егише, — это скорее всего теснины верхнего Мургаба, так как дальше дорога на Балх идёт по доступной местности.

 

В ходе войн Йездигерд II не только опустошал территорию противника, но и брал крепости. К 449 г., как отмечает Егише, он держал верх над кушанами. Поход 450 г. скорее всего был направлен в более отдаленный район. Егише называет этот район Итагакан (Италакан) [4, стр. 33]. Персы взяли много городов и крепостей. Италакан издавна сопоставляют с названием эфталитов [35, стр. 15], но тогда странно, что Егише не упомянул этих новых врагов и продолжал писать только о войне с кушанами. И. Маркварт справедливо увидел здесь название города или округа Таликана (Тагакан — Талакан у Себеоса) [31, стр. 56]. «И» в начале слова могло появиться у позднего переписчика под влиянием сходного написания названия Италия [29, стр. 188]. Занятие Таликана было наибольшим успехом Йездигерда. В 454 г. кушаны разбили его арьергард и произвели успешные набеги на сасанидские владения, но Егише не говорит ничего об отвоевании ими каких-либо земель. В 456 г., судя по сообщению Приска [17, стр. 84], Йездигерд снова воевал с кидаритами, которые отказались платить ему дань.

 

Если в первой части этой статьи главными были вопросы о двух Чолах и роли Гургана в войнах V в., то сейчас главным становится вопрос о двух Таликанах: хорасанском и тохаристанском. Хорасанский Таликан расположен неподалеку от Мерверруда, а тохаристанский — между Балхом и Бадахшаном. Если Йездигерд II дошёл только до хорасанского Таликана, то его огромная армия, от генерального сражения с которой уклонялся противник, за 8 лет, взяв много крепостей, прошла два дневных перехода от Мерверруда до Таликана [2, стр. 255]. Едва ли успех мог быть таким незначительным.

 

С другой стороны, если он дошёл до тохаристанского Таликана, то в его руках оказалась почти вся Южная Бактрия. Йездигерд II возобновил традицию назначения кушаншахами сасанидских принцев. Он назначил своего сына Хормизда, а затем другого своего сына Пероза правителями в кушанских землях [7, стр. 22-32]. Хормизд остался правителем Сеистана [32, стр. 115]. [2] С восточной политикой Йездигерда как-то связано серебряное блюдо, на котором этот царь изображён с женой. На голове царицы надета корона — вариант короны последнего до Йездигерда II сасанидского кушаншаха Варахрана. Блюдо представляет собой, по-видимому, более позднюю копию с оригинала V в. [34, стр. 101]. В связи со всем этим представляется более вероятным, что поход 450 г. был направлен на Таликан в Тохаристане.

 

Пероз, правивший в кушанских владениях во время царствования его брата Хормизда (457-459), бежал к эфталитам и с их помощью захватил престол. За это он, как сообщает Табари, передал эфталитам Таликан. По Бал'ами, он отдал Таликан эфталитам и сам оставался в Таликане, куда к нему прибывали эмигранты из Ирана [36, стр. 127-128]. Война между братьями длилась два года [4, стр. 332]. Когда Пероз победил, он снова начал борьбу на востоке, причём ему в 60-х годах пришлось бороться с кидаритами и только в 70-х годах с эфталитами. Таликан, который он сдал эфталитам, был, по предпо-

(63/64)

ложению Нёльдеке, хорасанским Таликаном [32, стр. 116]. Но это могло иметь место только в том случае, если название «эфталиты» означает в этом контексте то же, что кидаритские гунны у Приска, поскольку иначе нельзя понять, почему соседями Пероза оказались кидариты, а не дошедшие до границы Хорасана эфталиты. Однако и смешение названии здесь маловероятно, поскольку различны сами ситуации: эфталиты в начале правления Пероза — его союзники, а вражду к кидаритам он унаследовал от Йездигерда II.

 

Но не приведёт ли к ещё большим противоречиям вывод о том, что отданный Таликан находился в Тохаристане? Если принять это предположение, которое нам кажется более вероятным, то последовательность событий восстанавливается так: в 457-459 гг. во время гражданской войны в Иране Таликан и его округ переходит в руки эфталитов, которые, согласно Эноки, в то время жили главным образом в районе Бадахшана, а Балх возвращают себе кидариты. Боло, или Балаам (т.е. Бахл-Бами?), по китайским и византийским источникам — город в стране кидаритов, который часто (например, 32, стр. 119) отождествляют с Балхом. К концу 60-х годов V в. Пероз побеждает кидаритов и оказывается лицом к лицу с эфталитами. Он ведёт несколько войн против эфталитов, каждый раз неудачных, и погибает в борьбе с ними в 484 г. По версии Бал'ами, последнее вторжение Пероза в страну эфталитов началось на восточной границе Хорасана, но решающее сражение произошло на границе Балха и Тохаристана [36, стр. 139]. Тохаристан, когда он противопоставляется Балху, понимается в узком смысле слова как область к востоку от последнего, т.е. близ западной границы эфталитов в 459 г.

 

После поражения Пероза, сообщения о котором даже у современников расцвечены легендарными деталями (см. рассказ Лазаря Парбеци [13, стр. 42-44]), Иран какое-то время платил дань эфталитам. Но даже эта победа не отдала в руки эфталитов всю Бактрию. Чаганиан и вместе с ним дорогу на Согд они получили только от Кобада за помощь против Джамаспа в 498 г. [19, стр. 476]. То, что Кобаду принадлежали некоторые земли по Амударье, подтверждается сведениями Бал'ами об основании им (или о превращении в царские города) Земма, Термеза, Кобадиана (Кобадабада) [36, стр. 147]. Е.Е. Неразик считает, что эфталиты уже в 457 г. владели Балхом, Тохаристаном, Бадахшаном, Гарчистаном, основываясь на справке, которую даёт Бал'ами к имени впервые упоминаемого им царя эфталитов [36, стр. 127], однако такая справка повторена Бал'ами и в связи с последним походом Пероза [36, стр. 131], т.е. она лишена хронологической конкретности. Табари в обоих случаях называет только Тохаристан [19, стр. 448; 21, стр. 872-873].

 

События VII в., описанные Себеосом, выходят за хронологические рамки этой статьи, но на них надо остановиться в связи с вопросами исторической географии, поскольку сведения Себеоса о походе Смбата относятся к самым достоверным. Войска Смбата шли по владениям эфталитов, которых, как показал Цегледи, Себеос называет «кушанами» [24, стр. 23], поскольку у него «кушаны» разбивают Пероза, тогда как тетальцами, т.е. эфталитами, он называет тюрок, поскольку у него и хазары — тетальцы, и сын тюрчанки Хормизд II тетальского происхождения по матери. Эта учёная архаизация этнических названий (тюрки называются даже маскутами, т.е. массагетами), однако, не затрагивает топонимики. Смбат в 608 г. прошел Герат, Бадгис, Балх, весь Тохаристан и Таликан [16, стр. 75]. Здесь уже не может быть сомнений, что имеется в виду восточный Таликан, а запад-

(64/65)

ный даже не упоминается. Этот рассказ, показывая реальную глубину наступления сасанидской армии на восточном театре военных действий в ходе одной кампании, заставляет с большим доверием относиться к сообщениям об успехах Йездигерда II, который с несравненно более сильной армией, видимо, тоже доходил до восточного Таликана.

 

Теперь попытаемся представить себе историю борьбы Сасанидов с восточными соседями не как собрание разрозненных и противоречивых сведений, а как единую последовательность. Такие попытки остаются сугубо гипотетическими, когда у нас мало фактов, но без них история распадается на отдельные эпизоды.

 

К 358 г. Шапур II заключает союз с кочевниками — хионитами, жившими близ восточной границы его владений. Вопреки обычному мнению, Аммиан Марцеллин ничего не сообщает о том, что этому союзу предшествовала борьба. Он лишь говорит, что, находясь в области хионитов и «евсенов», Шапур вёл с кем-то (кушанами?) жестокую войну [6, стр. 129]. В 371-383 гг. Сасаниды окончательно завоёвывают кушанские владения в Афганистане [7]. В этой борьбе хиониты принимали участие на стороне Сасанидов. В конце IV — начале V в. Кидара, опираясь на силы переселившихся в кушанские земли каких-то групп хионитов, вновь создал кушанское царство, которое в первой трети V в. вытеснило из Бактрии Сасанидов. В это время возникли и другие княжества на территории современного Афганистана. Они возглавлялись группами кочевников, известными позже под названием эфталитов. Одно из таких княжеств появилось в восточном Тохаристане и Бадахшане.

 

Йездигерд II отвоевал у кидаритов бактрийские владения. Пероз во время междоусобной войны 457-459 гг. отдал восток Тохаристана эфталитам, а остальные территориальные приобретения отца — кидаритам. В 460-470-е годы какие-то группы эфталитов развили экспансию против южных владений кидаритов вплоть до Гандхары.

 

В 470-е годы и до своей смерти в 484 г. Пероз упорно пытался завоевать эфталитов. Поражение Ирана в этой борьбе сопоставимо не с поражениями одной великой державы в борьбе с другой, а с разгромами армий восточных деспотий ополчениями горных и кочевых племён. Так были разбиты Газневиды сельджуками, а затем гурцами, так был разбит Синджар племенем балхских гузов.

 

Победители-эфталиты распространили свою экспансию на все соседние страны, но не создали единого государства. В Средней Азии они в конце V в. заняли всю северную Бактрию, а к 509 г. дошли до Самарканда и захватили его. Мнение К. Эноки, что смена посольств в Китай из Судэ посольствами из Самарканда свидетельствует о захвате Судэ (Согда) эфталитами [25], представляется мало обоснованным. Это может свидетельствовать и о внутренних событиях в Согде. Гораздо показательнее полное прекращение посольств из Самарканда после 509 г. и частые посольства от эфталитов начиная с этого года, о чем также пишет К. Эноки.

 

Могущество эфталитов продолжалось около полувека, и эта кратковременность их успехов также характерна для государственных объединений, не имевших широкой этнической базы.

 

История сложения государств кидаритов и эфталитов, как нам она представляется, показывает, что эти политические образования сопоставимы не с центральноазиатскими степными империями, а с государствами, основанными сравнительно небольшими горными народами, которые с переменным успехом вели жестокую борьбу против соседних монархий.

(65/66)

 


 

[1] Здесь, возможно, параллелизм с романом о Бахраме Чубине. Себеос пишет, передавая одну из сасанидских версий этого романа, что, наступая за Амударьей, Бахрам Чубин «прошел дальше копья храброго Спандиата (Исфандиара), о котором говорят варвары, что он достиг войной этого места н воткнул в землю копьё своё» [16, стр. 31].

[2] По Бал'ами, в Сеистане правил Пероз [36, стр. 127].

 


 

Литература

  1. Бартольд В.В., К истории Мерва, — Сочинения, т. IV, М., 1966.
  2. Бартольд В.В., Мерверруд, — Сочинения, т. III, М., 1965.
  3. Гумилёв Л.Н., Эфталиты и их соседи в IV в.,— ВДИ, 1959, № 1.
  4. Егише Вардапет, История. Перевод П. Шаншиева, Тифлис, 1853.
  5. Зеймаль Е. В., Кушанская хронология, М., 1968.
  6. Кулаковский Ю. и Сонни А., Аммиан Марцеллин, История. Перевод с латинского, т. I, Н, Киев, 1906, 1907.
  7. Луконин В.Г., Кушано-сасанидские монеты, — ЭВ, Л., 1967, XVIII.
  8. Maндельштам А.М., К вопросу о кидаритах, — КСИЭ, 1958, XXX.
  9. Мандельштам А.М., О некоторых вопросах сложения таджикской народности в среднеазиатском Междуречье, — СА, 1954, т. XX.
  10. Мандельштам А.М., Средняя Азия в VI-VII вв., — в кн. «История таджикского народа», т. II, ч. 1, М., 1964.
  11. Массон В.М., Pомодин В.А., История Афганистана, т. 1, М., 1964.
  12. Неразик Е.Е., Предки таджикского народа в IV-V вв. н. э., — в кн. «История таджикского народа», т. I, М., 1963.
  13. Патканьян К., Опыт истории династии Сасанидов по сведениям, сообщаемым армянскими писателями, СПб., 1863.
  14. Пигулевская Н.В., Сирийские источники по истории народов СССР, М.-Л., 1941.
  15. Прокопия Кесарийского История войн римлян с персами, книга 1, перевод С. Дестуниса, СПб., 1876.
  16. [Себеос,] История императора Иракла. Сочинения епископа Себеоса, писателя VII века. Перевод с армянского [К. Патканьяна], СПб., 1862.
  17. Сказания Приска Панийского, пер. Г.С. Дестуииса,— «Учёные записки 2-го отделения императорской Академии наук», 1861, кн. VII, вып. 1.
  18. Тpевеp К.В., Кушаны, хиониты и эфталиты по армянским источникам IV-VII вв., — СА, 1954, т. XXI.
  19. Шмидт А.Э., Материалы по истории Средней Азии и Ирана, — УЗИВАН, М.-Л., 1958, т. XVI.
  20. Аlthеim F., Geschichte der Hunnen, Bd I-V, Berlin, 1959-1963.
  21. Annales quos scripsit Abu Djafar Mohammed ibn Djarir at-Tabari, cum aliis, ed. М. J. de Goeje, Lugduni Batavorum, series I, t. I-VI, 1879-1890.
  22. Chavannes Ed., Documents sur les Tou-kiue (Turcs) occidentaux, St.-Pbg., 1903 («Сборник трудов Орхонской экспедиции», VI).
  23. Christensen A., Les gestes des rois dans les traditions de l'Iran antique, Paris, 1936.
  24. Сzeg1édy K., Bahram Cobin and the Persian Apocalyptic Literature,— «Acta orientalia hungarica», Budapect, 1958, t. VIII.
  25. Enoki K., On the Nationality of thй Ephthalites, — «Mémoires of the Research Department of the Tôyô Bunko (Oriental Library)», Tokyo, 1959, № 18.
  26. Сhirshman R., Les Chionites-Hephtalites, Le Caire, 1948.
  27. Göbl R., Documente zur Geschichte der iranischen Hunnen in Bactrien und Indien, Bd I—IV, Wiesbaden, 1967.
  28. Hoffman G., Auszüge aus syrischen Akten, — «Abhandlungen für die Kunde des Morgenlandes», Bd VII, Leipzig, 1880.
  29. Langlois V., Collection des historiens anciens et modernes de l'Arménie, vol. II, Paris, 1869.
  30. Markwart J., A Catalogue of the Provincial Capitals of Eranshahr, — «Analecta Orientalia», Roma, 1931, № 3.
  31. Marquart J., Eranšahr nach der Geographie des ps. Moses Xorenac'i, Berlin, 1901.
  32. Nöldeke Th., Geschichte der Perser und Araber zur Zeit der Sasaniden aus der arabischen Chronik des Tabari, übersetzt... von Th. Nöldeke, Leiden, 1879.
  33. Pulleyblank E., [рец. на:] F. Altheim, Geschichte der Hunnen. I-III [Berlin, 1959-1961], — «Orientalistische Literaturzeitung», März — Apr. 1964.
  34. «Sasanian Silver. Late Antique and Early Mediaeval Arts of Luxury from Iran», Ann Arbor, 1967.
  35. Vivien de St.-Магtin, Les Huns blancs ou Ephtalites des historiens byzantines, Paris, 1849.
  36. [Zotenberg Н.], Chronique de Abou-Djafar-Mo'hammed-ben-Djarir-ben-Jezid Tabari, traduite sur la version persane d'Abou- 'Ali Mo'hammed Bel'ami, Raris, 1869.

 

 

 

наверх

главная страница / библиотека / обновления библиотеки