главная страница / библиотека / оглавление книги

Л.А. Евтюхова

Археологические памятники енисейских кыргызов (хакасов).

// Абакан, 1948. 109 с.

 

Введение

 

Область основного расселения кыргызских (хакасских) племён, среднее течение р. Енисея, так называемая «минусинская котловина», представляет собою одно из благоприятнейших для жизни мест в Южной Сибири. Окружённая со всех сторон горами Алтая, Кузнецкого Алатау и Саян, эта котловина-плоскогорье отличается сравнительно мягким климатом, большой солнечностью и вместе с тем достаточными осадками. Её могучий чернозём и сейчас считается лучшим на востоке. Более тяжёлые почвы также плодородны, но требуют искусственного полива. Реки, прорезающие этот край (главные Енисей и его притоки: Абакан, Туба с Амылом, Сыда, Сисим, Тесь, Ерба, Оя и др.), до сих пор изобилуют рыбой. Боровые и горно-таёжные чащи наполнены птицей и зверем. Различные ископаемые, и прежде всего медь, олово, железо, золото и серебро, часто в весьма доступных месторождениях, встречаются в очень многих местах. Всё это, а также своеобразная изолированность минусинской котловины, обусловило весьма раннее её заселение и быстрое развитие в бронзовом и начале железного веках.

 

Исторический путь сложения древне-кыргызского (хакасского) государства прошёл на той же территории минусинской котловины. Все археологические исследования, начиная с бронзовой эпохи, убеждают в том, что этот путь непрерывно и неуклонно, проходя все стадии развития человеческого общества, привёл население минусинской котловины в VI веке к образованию союза кочевых племён государства хакасов-кыргызов. Процесс образования физического типа населения кыргызского государства произошёл в таштыкскую эпоху.

 

Постоянные военные столкновения племён и знатных родов из-за угодий и имущества привели к перетасовке населения и инфильтрации новых этнических элементов. Это является причиной сложения в минусинской котловине кыргыз, или по-китайски хагяс, которые в VII-IX вв. н.э. уже очень близки к современному населению Хакассии и Тувинской автономной области. Погребальные усыпальницы таштыкской знати и рядовые могилы, раскопанные на Уйбатском Чаа-тасе в 1936 и 1938 гг. С.В. Киселёвым и Л.А. Евтюховой, материалы из могильника у с. Тесь Минусинского р-на [1] (раскопки С.В. Киселёва 1928 г.), раскопки таштыкских погребений В.П. Левашевой в различных пунктах минусинской котловины дают богатейший материал для изучения времени сложения внутриплеменной дифференциации во II в. до н. э. — IV в. н. э. Особенно важны находки погребальных масок. «Портретные галлереи» масок Уйбатского Чаа-таса

(3/4)

открывают картину образования типа населения в это время. Европеоиды тагарской эпохи к VI-VII веку претерпевают изменения. Благодаря постоянному общению племён между собой к этому времени они превращаются в тип со значительными монголоидными чертами. Китайские летописи (Тан-шу) приписывают, однако, кыргызам-хакасам и европеоидные черты: «рыжие волосы, румяное лицо и голубые глаза». Об устойчивости этих особенностей у кыргызов говорит в XVII в. Ибн-Мукаффа, отмечая и «красные волосы и белую кожу». Погребальные портретные маски таштыкских могил воспроизводят перед нами, наряду с европеоидами, смешанный тип и, наконец, чисто монголоидный, со всеми его характерными особенностями: плоским, скуластым лицом и раскосостью глаз.

 

Доказательствами преемственности кыргызской культуры от таштыкской и предшествующих являются также сходство погребальных обрядов и целый ряд аналогий в погребальном инвентаре. Академик В.В. Бартольд [2] дополняет это основанным на исторических данных и на анализе языка выводом, что значительная часть кыргызов являлась отюреченными енисейскими остяками. Ещё одним доказательством являются новые данные к вопросу о происхождении орхоно-енисейской письменности, полученные нами при раскопках древнего дворца (времени около 1 в. до н.э.) близ г. Абакана у колхоза «Сила». Черепица, некогда покрывавшая крышу этого здания, в некоторых случаях помечена знаками, очевидво счётными, которые, несомненно, в виду их полной тождественности, впоследствии вошли в систему знаков орхоно-енисейского алфавита. Местное формирование кыргызов подтверждает весь облик их материальной культуры, тесно связанной с древними культурами минусинской котловины.

Таков процесс формирования кыргызов на Среднем Енисее — не единичное явление в Саяно-Алтайской горной стране. Совершенно аналогичную картину мы наблюдаем на Алтае, где на близкой к таштыкской основе культуры Пазырык-Катанда к VI веку складываются алтайские тюрки (китайские туг’ю), основатели обширного государства с территорией от Б. Хингана на востоке, до Аму-Дарьи на западе и от Саяно-Алтая на севере, до Великой стены на юге. Если при этом учесть тюркоязычность кыргызов, то придётся признать, что их формирование явилось частью более широкого этнегенического процесса сложения тюркских народностей Саяно-Алтая.

 

Эту общность подчёркивает и сохранённая китайской летописью местная легенда о происхождении алтайских тюрок туг'ю. Они происходят от одного из сыновей легендарного богатыря Ичжи-Нишиду. Этого сына звали На-ду-лу, и жил он в Чуйских горах южного Алтая. Рядом с ним на реке Чуе жил другой брат. Третий стал родоначальником современных алтайцев-лебединцев (Ку-кнжи). Наконец, четвёртый «Царствовал под именем Цегу (искажённое кыргыз) между реками А-бу (Абаканом) и Гянь (Кемом — Енисеем)», т. е. как раз в исконных землях кыргызов. Ранняя история кыргызов поэтому должна рассматриваться не изолированно, но в связи с событиями в Центральной Азии [3].

 

Несмотря на то, что китайская традиция связывает корни происхождения тюрок с гуннами, древне-тюркские тексты говорят об алтайском происхождении тюрок, называя их родиной Алтун: в данном

(4/5)

случае нет и речи о Монголии, где впоследствии с VI века на реке Орхон в урочище Кошо-Цойдам находилась ставка кагана. До сих пор там сохранились развалины древних зданий, гробниц и храмов, а также надгробные стелы с надписями на так называемом орхонском алфавите, давшие столь обширный материал для представления о структуре кочевой державы тюрок.

 

Государство кыргызов находилось во враждебных отношениях с восточными тюрками. В состав кыргызского государства входил целый ряд объединённых племён, населявших очень большую территорию. Её население не было однородным, как по языку, так и по физическому типу. На востоке владения кыргызов-хакасов временами достигали Прибайкалья, на западе ограничивались горами Алтая, на юго-востоке — Саянским хребтом. Во владения кыргызов входили в то время минусинская котловина и территория Тувинской автономной области. По сообщению китайских летописей, северными соседями кыргызов были народ бо-ма, у которого имелось 80.000 строевого войска и лошади были пегие. На юго-востоке соседями кыргызов были уйгуры. По свидетельству мусульманских писателей X века, западными соседями были кимаки, тюрки по языку. К востоку от кыргызов и к северу от уйгуров, между оз. Косоголом и Енисеем жил народ дубо, тоже тюрки по происхождению. Есть предположение, что это отюреченные самоеды (ненцы).

 

К югу от Саянского хребта по истокам Енисея в VIII веке жил народ чик. Народ аз расселялся по всей вероятности между Саянским хребтом и Алтаем. Оба эти народа упоминаются в древнетюркских источниках на этих территориях в VIII веке.

 

В надписях на стелах, найденных в различных местах минусинской котловины и Тувинской автономной области, встречаются названия племён, входивших в состав кыргызского государства. Наиболее часто упоминается народ ач, населявший хакасские степи от р. Черный Июс до Енисея (Боградский район), на юг по р. Уйбату (Усть-Абаканский р-н) до Койбальской степи.

 

По левому берегу Енисея, несколько южнее, в современном Аскызском и Бейском районах жил «могучий народ большар»[4], а в Бейском районе ближе к Енисею, около Очуры, жило племя Оз [5]. Возможно, что это и есть народ аз, азы, жившие, судя по орхоно-енисейским надписям, где-то на Енисее. По Улу-Кему жило племя Тюль-бари, вероятно относившееся к чикам. По орхонским надписям можно заключить, что Тува была населена народом чик [6], но в енисейских надписях этого имени, как названия народа нет. В.П. Левашева считает, что встречающиеся в этих надписях названия чигши, чигшен имеют один корень с чик’ом. Она же отмечает, что корень «чик» встречается и в современных названиях, сохранившихся от времён кыргызского государства Кунчик, Хемчик, (Кем-Енисей, Кемчик — Енисей чиков), точно также до сих пор сохранилось и древнее наименование «Аскыз» — это видно в надписи на одной из стел, где говорится: «Аскыз я воевал»[7].

 

Название «Очуры» В.П. Левашева считает происшедшим от имени героя Оз-Кючь-уры, имя которого упоминается в надписи, найденной близ с. Очуры.

(5/6)

 


 

[1] С.В. Киселёв. Саяно-Алтайская археологическая экспедиция в 1938 г. Вестник древней истории № 1 (6), 1939 г., стр. 252.

[2] В.В. Бартольд. Киргизы. (Исторический очерк). Фрунзе, 1927 г., стр. 10.

[3] Аристов. Заметки об этническом составе тюркских племён и народностей к сведения об их численности. «Живая старина», кн. III, 1896 г.

[4] Радлов. Древне-тюркские письмена Монголии, вып. 3, стр. 334-336.

[5] Радлов. Ук. соч., в. 3, стр. 328-330.

[6] Радлов и Мелиоранский. Древние памятники Кошо-Цайдама, стр. 25. Сборник трудов Орхонской экспедиции, СПБ, 1897 г.

[7] С.В. Киселёв. Неизданные надписи енисейских кыргызов. — Вестник древней истории, 1939 г., № 3.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

главная страница / библиотека / оглавление книги