главная страница / библиотека / обновления библиотеки / Археологические открытия / Археологические открытия 1969 года

[ продолжающееся издание ]

Археологические открытия 1969 года. М.: 1970.Археологические открытия 1969 года.

// М.: 1970. 456 с.

 

I. РСФСР.

 

Сибирь и Дальний Восток.

 

М.П. Грязнов. Могильники у горы Тепсей. — 177

Я.А. Шер. Памятники древнего искусства на Енисее. — 178

А.Д. Грач. Саяно-Тувинская экспедиция АН СССР. — 179

C.Н. Астахов, В.И. Беляева. Памятники каменного века в Саянском каньоне Енисея и в долине р. Саглы. — 180

И.У. Самбу. Исследования в долине р. Ортаа-Хем. — 182

А.М. Мандельштам. Раскопки на могильнике Аймырлыг и городище Бажин-Алаак. — 183

Ю.И. Трифонов. Исследования в Центральной Туве (могильники Аргалыкты I и VIII). — 184

A.П. Окладников. Улалинка — древнейшее палеолитическое местонахождение Сибири. — 185

М.В. Константинов. Древние памятники р. Хилок (Восточное Забайкалье). — 186

B.Ф. Генинг, Н.К. Ещенко, О.М. Кондратьев, Л.Л. Косинская, В.И. Стефанов, В.Т. Петрин, Н.В. Фёдорова, С.М. Цейтлин. Исследования в Среднем Прииртышье. — 187

Р.С. Васильевский. Исследования на Ангаре. — 189

В.Д. Викторова, В.Т. Юровская, Л.В. Казимирова. Работы на оз. Андреевском в Тюменской области. — 190

В.И. Матющенко. Исследования могильников у дер. Еловка Томской области и у дер. Ростовка в окрестностях Омска. — 191

Л.П. Хлобыстин, Г.Н. Грачёва. Исследования в центральной части Таймыра. — 192

М.А. Дэвлет, А.В. Ельцов. Работы в Тоджинском районе Тувинской АССР. — 193

Л.М. Сыркина. Исследование поселения Самусь IV. — 194

А.И. Мартынов. Раскопки Серебряковского курганного могильника. — 195

Л.Р. Кызласов. Раскопки в Оглах-Тах. — 197

Т.Н. Троицкая. Работы Новосибирской экспедиции. — 199

Н.Л. Членова. Раскопки на Северном Алтае. — 200

A.М. Кулемзин. Работа Акташского отряда Алтайской экспедиции. — 201

М.X. Маннай-Оол. Исследования Тувинского Научно-исследовательского института языка, литературы и истории. — 202

Я.И. Сунчугашев. Железоплавильные печи на р. Белый Июс. — 203

Ж.В. Андреева. Поселение Малая Подушечка в Приморье. — 204

B.А. Могильников. Работы в Омском Прииртышье. — 206

В.А. Посредников, Ю.Ф. Кирюшин. Разведка на реках Вах и Васюган. — 207

Е.И. Деревянко. Мохэский могильник у с. Троицкого. — 208

В. Мокрынин. Первые находки древнетюркских каменных изваяний в Кетмень-Тюбе. — 209

Р.Н. Ступников. Исследования в юго-восточном Забайкалье. — 210

Э.В. Шавкунов, В.Д. Леньков, С.М. Тупикина. Раскопки на Шайгинском городище. — 211

Н.В. Леонтьев. Писаницы правобережья р. Абакана. — 212

М.И. Белов, О.В. Овсянников. Новое о Мангазее. — 213

 

 

М.П. Грязнов

Могильники у горы Тепсей.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 177-178.

 

Основными объектами раскопок Красноярской экспедиции были два таштыкских склепа в пункте Тепсей III. Склеп 2, самый большой в могильнике, исследован в его надземной части. Это было сооружение со сложенными из плитняка стенами, всё пространство внутри которых было заложено на высоту до 2 м, а может быть и более, землёй и сверху покрыто мелким плитняком. Так получилась плоская земляная пирамида с основанием 13х14 м, на каменном цоколе высотой в 80 см.

 

Другой склеп по площади в четыре раза меньше предыдущего. Хорошо прослежены сложенные из плитняка стены, сохранившиеся на высоту до 40 см. В просторной яме сруб из толстых брёвен, обставленный с внешней стороны столбообразными плитами. Склеп сгорел и, по-видимому, вскоре после этого был ограблен. На дне его находились скелеты девяти уложенных в ряд мумифицированных трупов и кучки пепла сожжённых людей (не менее 20). Здесь же обнаружены фрагменты нескольких гипсовых масок, разнообразная глиняная посуда, бронзовые наременные бляшки и пряжки с орнаментом и характерные бронзовые же парные головки лошадей. Много бараньих астрагалов, некоторые из них с нацарапанными фигурками и знаками. В ногах погребённых, вдоль юго-западной стены склепа, сложены пятки (пяточная и таранная кости, часто сохранившиеся в сочленении) не менее чем от 73, вероятно, жертвенных животных (быка, лошади и баранов).

 

На раскопанной вокруг исследованных склепов площади вскрыто 11 детских могил таштыкской культуры и 3 могилы кыргызского времени. Детей в таштыкское время не сжигали и не мумифицировали. Они погребены в маленьких срубиках, обычно с одним или двумя горшками.

 

В пункте Тепсей VII вскрыта небольшая площадь могильника тесинского этапа тагарской культуры. Раскопано восемь могил. В могилах — срубы из тонких брёвнышек, покрытые берёстой. В одном случае погребённый мужчина завёрнут, кроме того, в листы проваренной и сшитой берёсты. В головах погребённого обычно находился кубковидный сосуд, в об-

(177/178)

ласти груди и шеи у женщин и детей — бусы и костяные булавки с уплощённым остриём и со сквозным отверстием на противоположном конце. В двух мужских могилах — железные ножи, наконечники стрел и некоторые другие предметы. Обнаружены кусочки красного лака, возможно, от кожаных ножей. От других могильников тесинского этапа могильник Тепсей VII отличается отсутствием могильных оград и тем, что все погребения совершены в индивидуальных могилах, не содержавших остатков многократных повторных захоронений.

 

Интересные могилы карасукской культуры исследованы в пункте Тепсей XIV. В стороне от большого карасукского могильника, в 200 м от него, на борту небольшого ложка расположены три каменные оградки. Две из них раскопаны. В них оказались три могилы в обычных для карасука каменных ящиках. В них найдены горшки и мелкие бронзовые украшения — проволочные серёжки, трубочки-пронизки и бляшки-пластинки, что совершенно необычно для мужских захоронений карасука. Не было ли это небольшое кладбище местом погребения молодых мужчин-воинов, погибших или убитых при каких-то особых обстоятельствах, как это нередко бывало в периоды патриархального рода и военной демократии?

 

В пункте Тепсей XV и на р. Сыде у подножия горы Бычиха исследовались памятники тагарской культуры, в первом — курган сарагашенского этапа, во втором — подгорновского.

 

Я.А. Шер

Памятники древнего искусства на Енисее.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 178-179.

 

Красноярской экспедицией был открыт редкий памятник древнего искусства — изображения полуфантастических личин антропоморфного облика, нарисованные красно-бурой охрой на поверхности скалы. Рисунки обнаружены на скальном обрыве правого берега р. Тубы, примерно в 4 км от её впадения в Енисей. Они расположены в горизонтальном ряду. Хорошо различаются четыре личины. Всего их, по-видимому, было шесть (или более), но от остальных сохранились трудноразличимые фрагменты. Иконография изображений довольно устойчива. Подобные личины, выполненные краской, известны ещё в трёх пунктах: на р. Амыл (Г.М. [Г.А.] Максименков и Н.В. Леонтьев), в верховьях р. Абакан (Н.В. Леонтьев) и на р. Джой (А.Н. Липский и Н.В. Леонтьев). Подобные же по иконографии гравировки известны на скалах, на отдельно стоящих могильных плитах (Г.М. [Г.А.] Максименков и Э.Б. Вадецкая). По ряду соображений, высказанных в печати, эти личины относятся ко времени окуневской культуры (III-II тысячелетия до н.э.).

 

Экспедицией был также выполнен ряд наблюдений, подводящих итоги трёхлетнему полевому изучению енисейских писаниц. Большое значение

(178/179)

наскальные рисунки приобретают при рассмотрении древнейших этногенетических явлений, поскольку о многих других предметах древней культуры бывает трудно судить — изготовлены ли они на месте или привезены издалека.

 

Очень интересными оказались стилистические и иконографические параллели, которыми большие серии енисейских писаниц связаны с подобными памятниками Ангары эпохи неолита и с изобразительным искусством пазырыкского Алтая. Сходство целого пласта енисейских писаниц с неолитическими (по А.П. Окладникову) рисунками Ангары настолько очевидно, что может служить базой для гипотезы о передвижении с востока на запад людей — носителей этой художественной традиции. Для проверки этой гипотезы необходимо обследовать район от устья Ангары до Красноярска и прилегающие к правому берегу Енисея таёжные районы.

 

Другой пласт рисунков, свидетельствующих о широких связях древних племён Енисея, выделяется в скифо-тагарскую эпоху. Здесь наряду с рисунками, совпадающими по стилю с многочисленными изобразительными памятниками тагарского времени, есть рисунки, выполненные в стиле, который можно назвать пазырыкским. Эти данные подтверждают гипотезу о связях тагарских племён с Алтаем (М.А. Дэвлет).

 

Таким образом, предварительные результаты изучения енисейских петроглифов говорят об их несомненной ценности.

 

А.Д. Грач

Саяно-Тувинская экспедиция АН СССР.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 179-180.

 

Саяно-Тувинская археологическая экспедиция АН СССР продолжала исследования в зоне водохранилища Саянской ГЭС в Центральной Туве и в Саянском каньоне Енисея.

 

В соответствии с программой исследования памятников всех основных периодов истории Центральной Азии пятью отрядами СТЭАН велось изучение археологических объектов от палеолита до XVIII в. включительно.

 

Первый отряд экспедиции провёл первые стационарные раскопки в пределах Саянского каньона Енисея — на Хемчик-Бом. Исследовались погребения монгун-тайгинского типа, курганы скифского времени (погребения в камерах-срубах), курганы с трупосожжениями эпохи кыргызской экспансии (IX-X вв. н.э.).

 

Организованный при Саяно-Тувинской экспедиции Тувинским Советом профсоюзов республиканский молодёжный лагерь «Археолог» до начала основного полевого сезона провёл расколки в долине р. Саглы, где были продолжены работы по доследованию кургана Улуг-Хорум и исследован могильник позднескифского времени Саглы-Бажи V.

(179/180)

Инвентарь из курганов скифского времени:

1 — могильник Хемчик-Бом I, ворворка из «белой бронзы» (вид сверху и развёртка). 2-4 — изделия из рога (первый вариант прорисовки), могильник Саглы-Бажи.

(Открыть Рис. в новом окне)

 

Авиагруппа провела обширную серию аэровизуальных обследований и аэрофотосъёмочных работ; открыты огромные серии неизвестных ранее археологических памятников. На различных участках зоны водохранилища по нижнему течению р. Хемчик обнаружены могильники скифского, гунно-сарматского и древнетюркского времени. Открытие могильников центральноазиатских типов (каменные курганы) в глубине Саянского каньона (Большие Уры, Каремикское займище, район Усть-Уса) носит принципиальный характер. Отличные результаты получены в процессе аэрофотосъёмок, которыми были охвачены все основные археологические комплексы зоны водохранилища — стоянки каменного века, древние курганные могильники, уйгурские города.

 

С.Н. Астахов, В.И. Беляева

Памятники каменного века в Саянском каньоне Енисея и в долине р. Саглы.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 180-182.

 

Третий (палеолитический) отряд Саяно-Тувинской археологической экспедиции АН СССР продолжал исследование памятников каменного века Центральной Азии. Основные работы проводились в зоне водохранилища Саянской ГЭС.

 

В Саглынской долине было открыто 20 новых местонахождений каменного века.

(180/181)

 

Каменные орудия из стоянки ТЕ-15:

1, 2 — пластинки с ретушью, 3 — скребок с боковым сколом, 4 — остриё, 5-7 — наконечники стрел, 8, 9 — нуклеусы.

 

Четыре местонахождения с архаическим инвентарём были обнаружены на высоких площадках гор, окаймляющих долину р. Саглы. Другие десять, протянувшиеся цепочкой вдоль левого берега р. Беш-Дыт (левый приток р. Саглы), дали сходный между собой материал, сочетающий в себе архаические и микролитоидные формы орудий. Остальные пять пунктов, сконцентрированы двумя группами в Саглы-Бажы (правый берег р. Шын, правый берег р. Саглы). Основную массу в инвентаре этих стоянок составляют микропластинки, мелкие округлые скребки, конические нуклеусы с прямой площадкой. Подобные формы орудий и расположение стоянок на довольно низких террасах дают возможность датировать эти памятники мезолитом или ранним неолитом.

(181/182)

 

Основные работы развернулись в Саянском каньоне Улуг-Хема (Енисея). Здесь обнаружено девять новых пунктов. Два из них, расположенных на высокой 28-метровой террасе правого берега Енисея у самого начала «трубы», дали материал грубых архаических форм. Орудий, обычных для верхнего палеолита размеров, здесь мало, а на стоянке (Мугур-Сарыгол-Аксы) они преобладают.

 

Другая группа стоянок сконцентрирована на двух примыкающих друг к другу террасах правого берега Енисея против устья р. Хемчик. Три пункта обнаружены в песчаных отложениях у самого края 14-15-метровой террасы. Культурный слой стоянок, вероятно, размыт и переотложен, но судя по множеству мелких предметов (микропластинки, мелкие отщепы, чешуйки) находится на тех местах, на которых некогда находились стоянки.

 

Последний четвёртый пункт (ТЕ-15), расположен на склоне этой же террасы. Заложенные в этом месте раскопы дали возможность предварительно определить характер культурного слоя. Находки залегали по склону террасы, в слое суглинка, перекрытого метровой (у восточных стенок раскопов) толщей супеси. Подстилающие культурный слой суглинки и пески носят аллювиальный характер. Видимо, люди поселились здесь вскоре после временного понижения уровня реки.

 

В центре раскопа 2 расчищен очаг (диаметр 1,10 м), выложенный небольшими камнями. В заполнении очага и его выкладке обнаружены наиболее интересные находки (кремнёвые наконечники стрел, нуклеусы, острия, пластинки с ретушью).

 

Костный материал представлен несколькими обломками челюстей горного козла и многочисленными мелкими фрагментами трубчатых костей, вероятно того же животного (по определению Н.М. Ермоловой).

 

Формы кремнёвого инвентаря позволяют предварительно установить хронологические границы существования стоянки в пределах мезолита — раннего неолита.

 

И.У. Самбу

Исследования в долине р. Ортаа-Хем.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 182-183.

 

Четвёртый отряд Саяно-Тувинской археологической экспедиции АН СССР продолжал исследования в долине р. Ортаа-Хем. Раскопки охватили разновременные археологические объекты. Древнейшая группа их представлена погребениями алды-бельского периода (VII-VI вв. до н.э.) с инвентарём, идентичным инвентарю раннего периода тасмолинской культуры Казахстана. По особенностям погребального обряда (захоронения в камерах-срубах и каменных ящиках) эти комплексы Ортаа-Хема вплотную примыкают к аналогичным объектам, которые исследовались экспедицией на

(182/183)

Предметы конского убора из кургана VII-VI вв. до н.э. Могильник Ортаа-Хем III, курган 10.

(Открыть Рис. в новом окне)

 

Куйлуг-Хеме и на плато Алдын-Бель. Среди находок — бронзовые ножи, зеркала, шилья, узда, каменные бусы, керамика.

 

На Ортаа-Хеме раскопаны рядовые погребения гунно-сарматского времени и позднейшее впускное захоронение XVII в.

 

А.М. Мандельштам

Раскопки на могильнике Аймырлыг и городище Бажын-Алаак.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 183-184.

 

Второй отряд Саяно-Тувинской археологической экспедиции АН СССР продолжал исследование могильника Аймырлыг, памятника, относящегося в значительной степени к позднему этапу скифского времени и переходному этапу от него — к гунно-сарматскому. Раскопано 23 сооружения со срубами в ямах и более 20 погребений в каменных ящиках и грунтовых могилах. При этом впервые в центральной части Тувы удалось обнаружить не подвергшиеся ограблению срубы. Установлено, что число погребённых достигает 12, они расположены в срубе в несколько рядов, иногда перекрывая друг друга. Преобладает западная ориентировка.

 

Почти во всех срубах найдена керамика, в том числе сосуды новых, своеобразных форм. Впервые обнаружена керамика с росписью.

 

Предметы вооружения: бронзовые и железные кинжалы в ножнах, бронзовые и костяные наконечники стрел (трёхпёрые и трехгранные), бронзо-

(183/184)

вые чеканы. Найден железный чекан. Многочисленные находки позволяют судить о характере одежды. К числу характерных предметов сопровождающего инвентаря принадлежат однолезвийные бронзовые ножи, часто находимые в сочетании с кинжалами, и круглые бронзовые зеркала. Уникальным является зеркало, на оборотной стороне которого выгравировано изображение горного козла. Многочисленны также булавки (бронзовые и железные), некоторые из них в верхней части покрыты золотой фольгой. Большую группу находок составляют украшения: подвески из клыков кабарги и кабана, стеклянные, глазчатые и каменные (сердолик) бусы, бисер, нашивные золотые бляшки различной формы, на некоторых из них изображены животные.

 

Особое место занимают предметы из рога, украшенные тонкой, искусной резьбой.

 

Отряд продолжал также раскопки на городище Бажын-Алаак (руководитель А.А. Гаврилова). На центральном участке завершено вскрытие сложных сооружений. Установлено, что здесь, как и на северо-западном участке, расположены вытянутые узкие жилища. В них, наряду с обломками керамики, найдены костяные наконечники стрел и другие костяные предметы.

 

Ю.И. Трифонов

Исследования в Центральной Туве (могильники Аргалыкты I и VIII).   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 184-185.

 

Пятый отряд Саяно-Тувинской археологической экспедиции АН СССР исследовал разнообразные могильные комплексы, сосредоточенные у подножия хребта Аргалыкты — между г. Шагонаром и пос. Чаа-Холь.

 

Раскопкам подверглась северная часть могильника Аргалыкты I. Здесь изучено 25 погребальных комплексов.

 

Наиболее распространённые типы наземных сооружений следующие: конструкция округлой в плане формы, сложенная в два-три слоя камней и обрамлённая по краю крупными обломками, и кольцевидная постройка в один-два слоя камней.

 

Под сооружениями — каменные ящики, как правило, прямоугольной формы, изредка — грунтовые ямы. Некоторые ящики не имеют наземных сооружений. Перекрытия многослойные, с преобладанием массивных плит в нижних слоях.

 

Погребения в ящиках и в ямах аналогичны: преимущественно одиночные, реже парные. Положение погребенных — скорченное, на правом или левом боку; ориентировка преимущественно головой на запад или северо-запад, черепа находились на каменных подушках. Инвентарь представлен различной керамикой, железными предметами, бронзовыми (пряжки с ото-

(184/185)

гнутым язычком и пр.) и костяными изделиями (наконечники стрел, подвески), каменными оселками, бусами и т.д.

 

В хронологическом отношении данные памятники близки позднейшим курганам скифского времени в Туве (IV-III вв. до н.э.), но по многим признакам выходят из этого диапазона и датируются последними столетиями до н.э.

 

А.П. Окладников

Улалинка — древнейшее палеолитическое местонахождение Сибири.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 185-186.

 

На древнейшем сибирском местонахождении палеолитических изделий в Горно-Алтайске были произведены новые работы археологов с участием геологов члена-корреспондента В.Н. Сакса, О.М. Адаменко, С.Л. Троицкого и палеонтолога Н.Д. Оводова. Из археологов вместе с А.П. Окладниковым на Улалинке работал А.П. Уманский.

 

Как известно, все датированные геологическими условиями залегания палеолитические поселения Сибири принадлежат позднейшей поре плейстоцена, сартанскому времени, или, как теперь полагают, концу зыряновского оледенения, включающего в качестве финальной стадии сартанское время похолодания. По данным радиоуглеродного анализа, абсолютный возраст этих памятников не более 20 тыс. лет.

 

Что же касается Улалинки, то здесь, по мнению С.М. Адаменко, слой, содержащий древнейшие каменные изделия, датируется концом среднего плейстоцена. В.Н. Сакс и С.Л. Троицкий полагают, что палеолитическое поселение возникло здесь в конце фазы холодного и влажного климата, способствовавшего усиленному физическому выветриванию и мощному накоплению грубо-обломочных склонных отложений. Ориентировочно время образования слоя Б, подстилающего слой А с каменными изделиями, по С.Н. Троицкому, можно отнести в рамках европейской геологической схемы к позднему риссу. Если же датировать этот момент геологической истории Сибири в абсолютных цифрах — около 100 тыс. лет. Иначе говоря, появление человека на Улалинке можно отнести к позднему ашелю Европы, если не ранее. По сибирской геохронологической схеме это время падает на конец тазовского ледникового этапа — начало казанцевского межледниковья.

 

Каменный инвентарь Улалинского месторождения имеет выраженный галечный облик. Обычными являются гальки, слегка приострённые на одном конце одним или несколькими ударами вдоль длинной оси. Это, своего рода, прото-рубила.

(185/186)

 

Из изделий определённой, вполне выработанной формы отмечаются галечные орудия с широким поперечным лезвием, чопперы. Есть также образцы галечных скрёбел, у которых один широкий край превращён ретушью, обычно ступенчатой, в выпуклое лезвие. Нуклеусы представлены одним образцом протолеваллуазского облика, двухплощадочным.

 

Характерно, что в обработанном камне Улалинки господствует одна и та же порода — плотный желтоватый кварцит, характерный и для инвентаря других, архаических памятников древнего палеолита, в том числе для ранней стадии нижнего палеолита Амура (Филимошки, Кумары).

 

Сопоставляя все известные нам в Сибири и на Дальнем Востоке памятники каменного века, мы можем поставить в один ряд с находками на Улалинке такие местонахождения, как Филимошки на Зее, Кумары I на Среднем Амуре. На Алтае время, непосредственно следующее за Улалинкой, очевидно, представлено Усть-Канской пещерой (винторогая антилопа, мустьерский, по его типологическому облику, каменный инвентарь этой пещеры). Однако вовсе не следует делать вывод о непосредственной преемственности, о генетической связи обеих культур, усть-канской и улалинской. Культура обитателей Усть-Канской пещеры в целом обнаруживает близость к мустьерским памятникам Средней Азии, в том числе пещеры Тешик-Таш (верхний слой этой пещеры). Галечный же инвентарь Улалинского местонахождения, особенно галечные скребла и крупные чопперы, почти неотличимы от позднейших, лишь более изящных по форме и технике, галечных инструментов позднепалеолитических поселений Сибири.

 

Улалинское местонахождение как бы открывает собой всю серию поздне-палеолитических памятников Сибири с их галечными орудиями. Истоки сибирского палеолита с галечной традицией можно видеть в культуре первых обитателей долины Улалинки.

 

М.В. Константинов

Древние памятники р. Хилок (Восточное Забайкалье).   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 186-187.

 

Читинским археологическим отрядом на участке реки от станции Сохондо до станции Хохотуй (225 км по транссибирской железной дороге) было открыто 30 древних памятников. Три из них — стоянки близ с. Укурик, станций Ткачёво и Жипхеген можно датировать поздним палеолитом.

 

Располагаются они обычно на высоких увалах и косогорах, а также под укрытием скал. Общим для этих стоянок является и то, что культурный слой залегает на небольшой глубине в элювиально-делювиальных отложениях, основанием для которых служат щебнистые суглинки. Мощность надщебёночных отложений не превышает одного метра.

 

Наиболее выразительный материал получен со стоянки Укурик: пластины с ретушью по краю, одна из них массивная леваллуазская двугран-

(186/187)

ная, концевые скребки на пластинчатых отщепах, скрёбла с выпуклым рабочим краем, двусторонне обработанный нож округлой формы, нуклевидный скобель, призматические и леваллуазские нуклеусы.

 

Совершенно иной характер, по сравнению с палеолитическими, имеют стоянки, связанные с надпойменными террасами голоценового возраста высотой 2-5 м в верховьях, 7-15 или 15-25 м в среднем течении. Эта группа стоянок (Санга 1, 2, Гуйлань, Могзон, 6026 км, Харагун, Жилкин хутор, Хило 5, 6, 7, 41 разъезд, Сосновка 1, 2, 5895 км) относится ко времени развитого неолита — энеолита.

 

Материал залегает почти сразу под дёрном в каштановых супесях, которые подстилаются супесями жёлтыми, сероватыми или пепельными, ниже, обыкновенно, переходящими в щебёнку. Мощность культурного слоя 15-20 до 40 см. Для стоянок этого времени типичны скрёбла с выпуклым рабочим краем, концевые, двусторонние скребки из отщепов, вкладыши из микропластин, тёсла и топоры, изготовленные способом оббивки, наконечники стрел подтреугольной формы.

 

Керамика представлена обломками от сосудов, орнаментированных с помощью штампов, оставляющих прямые, желобчатые и ланцетовидные оттиски, а также обломками с текстильным орнаментом (нити).

 

Стоянки третьей группы (Хилок 1, 2, 3, 4, Ильинка 3, 4) связаны с береговыми дюнами и почти полностью развеяны. Материал, собранный на дне чашевидных выдувов, разновременен — от набора неолитических орудий и керамики с текстильным орнаментом до обломков курыканской посуды.

 

Кроме того, в окрестностях с. Жипхеген было зафиксировано несколько монгольских курганов и первая в Восточном Забайкалье фигурная могила (бронзовый век).

 

В.Ф. Генинг, Н.К. Ещенко, О.М. Кондратьев, Л.Л. Косинская, В.И. Стефанов, В.Т. Петрин, Н.В. Фёдорова, С.М. Цейтлин

Исследования в Среднем Прииртышье.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 187-189.

 

Омским отрядом экспедиции Уральского университета исследовались памятники в Саргатском и Большереченском районах Омской обл. В 3 км к западу от р. Иртыш высокая пойма (около 6-7 м) сменяется одной надпойменной террасой, возвышающейся над поймой на 4-5 м. Поверхность этой поймы осложнена невысокими пологими увалами — древними дюнами высотой до 1,5-2,5 м. В 1,5 км к юго-юго-западу от дер. Черноозерье на дюне размером 230х50 м на глубине 2,5-3 м залегает культурный слой, повторяющий рельеф дюны.

 

За два последних сезона на стоянке Черноозерье II вскрыта площадь в 700 кв.м и обнаружено множество следов временных кострищ, вокруг

(187/188)

которых в слабонасыщенном слое группируются находки мелких костей и каменных предметов (250 экз.). Выделяются два мощных очага, из которых один долговременный, диаметром 90 см, с толщиной слоя золы более 10 см.

 

В каменном инвентаре наиболее выразительны горбатые скребки; встречаются скребки и других типов. Из других орудий: ножи, скобели, резцы, проколки, вкладыши, ножевидные пластины из кварцита и костяные поделки.

 

Были продолжены раскопки мезолитической стоянки Черноозерье VIa. Основную часть находок составляют микролитические ножевидные пластинки и отщепы. Найдено несколько мелких концевых скребков, два карандашевидных нуклеуса. Сырьём для изготовления орудий служил кремнистый сланец, кварц и кварцит. Мезолитические остатки в большинстве сосредоточены в слое древней погребённой почвы; выделяется несколько скоплений.

 

Небольшой кремневый инвентарь и керамика эпохи ранней бронзы собраны на стоянке Черноозерье III, расположенной на месте могильника более позднего времени.

 

Продолжены раскопки поселения бронзового века Черноозерье VI. Полностью вскрыта полукольцевая канава, концы которой выходят к склону террасы, на расстоянии 40 м друг от друга. На площадке внутри канавы обнаружены следы кострищ, остатки хозяйственных ям и столбов, много костей домашних животных и рыбьей чешуи. В южной части канава перекрыта остатками жилища размером 9х7 м. Большинство фрагментов плоскодонных сосудов орнаментировано прочерченной гребёнкой, отступающей палочкой и гусенично-гребенчатым штампом; реже встречаются резные узоры. Найдены кремнёвые черешковые наконечники стрел, скребки, пластины, сколы, каменное шлифованное тесло, костяные наконечники стрел и поделки из кости, керамические шарики и каменные грузила, обломки шлифованных орудий и литейных форм.

 

Завершены раскопки могильника Чернозерье I. Вскрыто еще 68 погребений, в основном относящихся к эпохе бронзы. Большинство могил ограблено, сохранившийся инвентарь представлен бронзовыми изделиями (обоюдоострые клинки, ножи с односторонним лезвием, височные кольца, пластинчатые браслеты) и небольшим количеством плоскодонных орнаментированных сосудов. В раннем железном веке площадка могильника была занята небольшими (диаметром 5-8 м) курганами с кольцевыми канавками, а на рубеже нашей эры все это было засыпано курганом диаметром 20 м с очень глубоким центральным захоронением, глиняным панцирем и большой кольцевой канавой. По конструкции насыпи этот курган напоминает курганы типа Абатского на р. Ишим.

 

В дер. Черноозерье на стоянке VIII вскрыто два жилища, в которых найдены кости животных и обломки сосудов.

 

Близ дер. Инберень Большереченского р-на обнаружены три группы жилищных впадин, часть из них исследована. Здесь собраны обломки сосудов, орнаментированных крестовидным штампом, распространённым в эпоху финальной бронзы.

(188/189)

 

В 4 км к востоку до дер. Горносталево раскапывалось поселение, лежащее на 7-метровой распаханной террасе оз. Тёмное. На вскрытой площади выявлены остатки четырёх жилищ, шесть очагов, несколько зольников и круглая яма. Мощность культурного слоя не превышает 50 см. Жилища подпрямоугольной формы, 5х6 м, глубиной 35-40 см. В каждом жилище по два очага овальных очертаний, пол густо усеян рыбьими костями, чешуёй, костями животных, керамикой. В жилищах найдены костяные наконечники стрел и керамика, относящиеся к началу второй половины I тысячелетия н.э.

 

Р.С. Васильевский

Исследования на Ангаре.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 189.

 

Илимский отряд Института истории, филологии и философии Сибирского отделения АН СССР продолжал археологические исследования в зоне строительства Усть-Илимской ГЭС.

 

На правом берегу р. Ангары у дер. Воробьёво исследовалось многослойное поселение. Удалось проследить 7 слоёв. Верхние слои (1-3) содержат остатки, относящиеся к железному веку и эпохе бронзы, а ниже — до верхнего горизонта 7 слоя залегали находки неолитического времени. В 7 слое встречены каменные орудия архаического облика: нож на массивном отщепе кремнистого сланца с двусторонней обработкой по лезвию, грубый галечный нуклеус, отщепы.

 

Остатки фауны встречались по всей толще отложений, но особенно обильными были во 2-4 слоях. Здесь обнаружены кости косули, лося, собаки, а также птичьи косточки и кости рыбы (осетровой). Наиболее многочисленны находки костей лося.

 

На о. Большом, расположенном против дер. Воробьёво, обнаружены остатки овальных в плане ям. Это были ловчие ямы для лосей. Рядом с ними находились крупные кострища, вокруг которых вместе с обожжёнными лосиными костями найдены фрагменты керамики, относящиеся к железному веку и эпохе бронзы.

 

Другой многослойный памятник располагался на террасе правого берега р. Эдучанки у сельского кладбища. Здесь выделено три культурных слоя: железного века, эпохи бронзы и, наконец, неолитического времени.

 

Обращают на себя внимание находки в неолитическом слое крупных топоров с ушками, массивных нуклеусов, двусторонне ретушированных ножей из кремнистого сланца.

 

На одном из участков террасы при снятии второго слоя была обнаружена каменная кладка удлинённо-овальной формы. Под ней находилась могильная яма, в которой лежал костяк молодой женщины, в скорченном положении, на боку, головой вниз по течению реки. Около черепа найдены перламутровая пластина, цепочка грушевидных бус из клыков марала, а также костяная игла. Это погребение глазковского времени (1700-1300 гг. до н.э.).

(189/190)

 

В.Д. Викторова, В.Т. Юровская, Л.В. Казимирова

Работы на оз. Андреевском в Тюменской области.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 190.

 

Тюменский отряд Уральской археологической экспедиции продолжал исследования на южном берегу Андреевского озера. Восточнее Козлова мыса было заложено восемь раскопов общей площадью 1200 кв.м.

 

На участке V неолитический слой разрезается сооружением ранней бронзы. На дне его и в очажной яме обнаружены кремнёвые пластины и фрагменты плоскодонных сосудов боборыкинского типа.

 

На участке VI вскрыты остатки наземного жилища квадратной формы размером 8х9 м, с канавкой по краю жилища. В его центральной части два очага. На полу жилища и в канавках найдены фрагменты бронзовых серпа и ножа, каменная зернотёрка, кремнёвые ножи, многочисленные керамические грузила, обломки плоскодонных сосудов, поверхность которых орнаментирована желобками в сочетании с ямками и насечками, выполненными гребенчатым штампом. Это жилище эпохи бронзы.

 

На этом же участке вскрыты два жилища раннего железного века. Одно из них — прямоугольной формы, размер 5х6 м.

 

Раскопан небольшой курган диаметром 8 м. В прямоугольной могильной яме найдены скелет, два круглодонных сосуда раннего железного века.

 

На северо-восточном берегу Малого Андреевского озера обнаружены остатки разрушенных жилищ и могильных ям. У края карьера вскрыта часть жилища глубиной 0,7 м, на дне которого найдены обломки сосудов типичной для неолита яйцевидной формы, орнаментированные «отступающей палочкой». В неглубоких (0,6-0,8 м) овальной формы ямах обнаружены остатки костяков. Из четырёх исследованных погребений одно оказалось неразрушенным. В одном погребении обнаружено много охры, подвеска из красного сланца и каменная бусина, а в других могильных ямах найдены сланцевое тесло, долотца, бусы, подвески.

 

Кроме того, проведены разведочные работы на острове между Большим и Малым Андреевскими озёрами. Установлено наличие культурного слоя толщиной 10-15 см. В нём найдены кости животных, кремневые ножевидные пластины и отщепы, обломки сосудов, керамические грузила, шлаки, встречаются вкрапления угля. В одном из шурфов обнаружен целый круглодонный сосуд, орнаментированный косыми насечками по шейке. Видимо, на острове были временные стоянки периода бронзы и раннего железного века.

(190/191)

 

В.И. Матющенко

Исследования могильников у дер. Еловка Томской области и у дер. Ростовка в окрестностях Омска.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 191-192.

 

Экспедиция Томского государственного университета продолжала исследование двух памятников: Еловского могильника II в Кожевниковском р-нe Томской обл. и могильника у дер. Ростовка в окрестностях Омска.

 

Во время раскопок Еловского могильника II было вскрыто около 2800 кв.м и исследовано 60 могил. Открытые могилы принадлежат двум разным культурно-хронологическим комплексам. Первый из них составляют могилы андроновские, которые были открыты здесь при раскопках в прежние годы. Могилы этого комплекса сооружены в материке на разной глубине — от 10 до 100 см. В большинстве случаев в могилах сохранились остатки деревянной обкладки и поперечного или продольного перекрытия. Умершие были положены почти всегда на левом боку (очень редко на правом) в скорченном состоянии, головою на юго-запад или юго-запад-запад. Обычный погребальный инвентарь могил составляют сосуды андроновского облика, поставленные то в головах, то в ногах, и сравнительно многочисленные бронзовые бляшки-нашивки (выпукло-вогнутые, покрытые иногда пунсонным орнаментом), пуговицы, височные кольца, накосники, иглы, ножи, браслеты и некоторые другие изделия.

 

В некоторых могилах андроновского типа встречались следы огня: перед тем как засыпать могилу землёй, производилось обжигание её.

 

Второй комплекс могил открыт на площади этого могильника впервые. Это могилы еловского типа (XII-X вв. до н.э.), которые по обряду захоронений и инвентарю близки Еловскому могильнику I эпохи бронзы.

 

Почти все могилы этого комплекса сооружены были на материке или выше его на 20-30 см, что, вероятно, свидетельствует о возведении над группой таких могил курганной земляной насыпи, скорее всего из дёрна.

 

В могилах еловского типа умершие были положены чаще всего на левом боку в скорченном состоянии, головою на юго-запад или юг. В еловских могильниках меньше, чем в андроновских, бронзового и другого инвентаря. Его составляют глиняные сосуды, бронзовые ножи, кольца, нашивки, иглы. Встречаются изделия из кости.

 

Обнаружено несколько могил; умершие были сожжены на стороне. Удалось найти и место, где производилось сожжение. Здесь сохранился толстый слой прокалённой глины, выше которого залегал слой пережжённых камней и много углей.

 

Работы по исследованию могильника у дер. Ростовки в 1969 г. были завершающими. В итоге было вскрыто четыре могилы и обнаружен один клад. Могилы оказались сравнительно бедны инвентарем, который характерен для всего этого памятника: пластинчатый бронзовый нож, каменные наконечники стрел и скребки.

(191/192)

 

Клад содержал бронзовые втульчатые долота, шилья, иглы и каменные бусы.

 

Для окончательной проверки распространённости могил были заложены четыре траншеи: три северо-западнее и одна юго-восточнее раскопа, которые не дали материалов, позволяющих предполагать распространение могил в этих направлениях.

 

На этом полевые исследования могильника можно считать законченными.

 

Л.П. Хлобыстин, Г.Н. Грачёва

Исследования в центральной части Таймыра.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 192-193.

 

Третий год работы Заполярного отряда Ленинградского отделения Института археологии АН СССР на Таймыре был посвящен обследованию рек Авама и Дудыпты. Открыто 22 археологических местонахождения и проведены этнографические наблюдения среди живущих по этим рекам нганасан и долган.

 

На Аваме остатки древних стоянок были обнаружены около Тагенарских озёр, у волока, через который проходит путь из бассейна р. Пясины в бассейн р. Хеты. Находки были сделаны в трёх пунктах. В одном случае они ограничивались черепками горшка, украшенного вытяжным валиком с косыми насечками, во втором — призматическим нуклеусом, и только в третьем пункте, кроме наконечника стрелы и других изделий из яшмы и халцедона, были встречены отщепы — свидетельство изготовления каменных орудий непосредственно на этой стоянке. Немногочисленность находок на тагенарских стоянках объясняется, по-видимому, тем, что древние путешественники, проходившие через волок, не задерживались в этих местах надолго.

 

Иное происхождение имеют стоянки, обнаруженные на левобережье Дудыпты вблизи фактории Пайтурма, располагающиеся в 500-1000 м друг от друга на холмах, окаймляющих долину р. Пайтурмы и связанные с ней озёра. Они невелики по площади, со слабо выраженными и слабо насыщенными находками слоями, но следы выделки каменных орудий отмечаются на них во всех случаях. Очевидно, это сезонные стоянки охотников или рыболовов.

 

Стоянки с каменным инвентарем найдены ещё в ряде пунктов побережья Дудыпты. Некоторые предметы, происходящие отсюда, в частности трёхгранный наконечник стрелы, близки находкам, сделанным на востоке Таймыра и в бассейне Лены. О связях с восточными районами говорит способ крепления наконечников стрел, найденных на одной из возвышенностей в районе пос. Старо-Бархотово. Выемчатые острия этих наконечников, сделанные из бронзовых пластин, укреплены заклёпками между

(192/193)

двух костяных стержней. Аналогичное крепление стрел было распространено на территории Якутии ещё в бронзовом веке.

 

Особый интерес представляют две крупные стоянки на Дудыпте, расположенные в 45 км друг от друга. Обитатели поселения, существовавшего на правобережье Дудыпты у устья речки Кылкай, использовали в качестве основного поделочного материала халцедон. Другая древняя стоянка, Ивановская, обнаружена на правом берегу Дудыпты, на полпути между пос. Бархатово и Пайтурма. Раскопки и сборы на выдувах дали разнообразный набор орудий, сделанных из халцедона и яшмы: скребки, наконечники стрел, нуклеус-дриль и пр. Судя по отщепам, яшма была преобладающим сырьём у мастеров этой стоянки. На обеих стоянках найдены черепки толстостенных горшков. Поверхность их гладкая и лишь изредка украшена прочерченными линиями. Предварительно Кылкайскую и Ивановскую стоянки можно отнести к бронзовой эпохе.

 

На Ивановской стоянке было раскопано погребение ребёнка. Он был завёрнут вместе с железными ножами и проколкой в кожу или меха и положен головой на восток.

 

Кроме того, были выявлены и обследованы на большой территории многочисленные погребения нганасан и долган. Получены ценные сведения о способах захоронения и погребальных обрядах нганасан и долган. Собраны некоторые материалы по шаманству у этих народностей. Важным для дальнейшего изучения древней истории Таймыра является уточнение по опросным данным места кочевий и расположения могильников легендарного народа «сюпся», в которых некоторые этнографы предполагают чукчей.

 

М.А. Дэвлет, А.В. Ельцов

Работы в Тоджинском районе Тувинской АССР.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 193-194.

 

В задачу Тоджинского отряда Института истории АН СССР входила разведка по Бий-Хему (Большой Енисей) и его притокам, в малоизученном и труднодоступном районе северо-восточной Тувы, находящемся на стыке сибирской тайги и центральноазиатских степей.

 

На правобережье р. Тоора-Хем, недалеко от впадения в Бий-Хем, открыта стоянка. Культурный слой (толщиной 0,25-0,4 м) насыщен костными остатками, встречена керамика и каменный инвентарь.

 

Недалеко от Тонмакской стоянки (Азас I) ниже по течению протоки, соединяющей озёра Азас и Хочжир-холь, обнаружена стоянка, где люди обитали в течение длительного времени, начиная с раннего периода бронзового века. Культурный слой (глубиной до 0,6 м) содержит каменные орудия и керамику. Из каменного инвентаря наибольший интерес представляет втульчатая стрела и обломок наконечника копья.

(193/194)

 

С целью определения границ стоянки Азас I производилась зачистка края первой надпойменной террасы. Стоянка тянется на несколько сот метров вдоль берега протоки, ширина ее не менее 80 м. Стоянка разновременна, в древнейшей части она относится, видимо, к эпохе энеолита и ранней бронзы. Культурный слой (толщиной 0,1-0,7 м) содержит костные остатки, каменные орудия, керамику. Встречены клиновидные и долотовидные нуклеусы, высокий концевой скребок на отщепе, ретушированные вкладыши, проколки, многочисленные миниатюрные ножевидные пластинки. Имеется сильно сработанное орудие из рога марала. Посуда украшена гребенчатым штампом, «отступающей лопаточкой», ногтевым, накольчатым, прочерченным орнаментом. Керамика представлена преимущественно мелкими обломками. Один сосуд сохранился в крупных фрагментах, он имеет защипы по краю, покрыт гусеничным штампом, круглодонный. В обрыве берега найден плоскодонный сосуд с выпуклым арочным орнаментом, типичный для гунно-сарматского времени Тувы. К тому же времени относится, очевидно, грунтовой могильник, обнаруженный в юго-восточной части стоянки.

 

Открыты земляные курганы в местности Толбул, каменные курганы в устье р. Ыдык-Хем, каменные и земляные курганы на притоках Бий-Хема реках Тоора-Хем и Эн-суг. Курганные группы на р. Эн-суг наиболее многочисленны, здесь же встречены самые крупные из известных в Тодже земляные курганы, достигающие 3 м высоты.

 

На окраине пос. Тоора-Хем раскопан плоский курган, обрамлённый кольцом из камней, в центре под дёрном находились зольные пятна.

 

Л.М. Сыркина

Исследование поселения Самусь IV.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 194-195.

 

Томский областной краеведческий музей совместно с Томским государственным университетом продолжил исследование поселения Самусь IV, находящегося в Томском р-не Томской обл. Площадь раскопа составила 480 кв.м; мощность культурного слоя 80 см. Обнаружена одна землянка и несколько очагов. Каменные очаги сложены главным образом из валунов и галек, гранита и диорита. Некоторые из них хорошей сохранности, круглой и овальной формы (1,2х0,9 м). Земляные очаги представляли собой ямы почти круглой формы (1,7х1,8 м), глубиной 50-60 см.

 

Землянка стала хорошо заметна после снятия четвёртого штыка. В раскоп попала только её задняя [по смыслу должно быть: западная] часть, восточная уходит в стенку раскопа. Размеры землянки 4-7,4 м, глубина 0,6 м. Недалеко от южной стенки на дне землянки находилось кострище, насыщенное углистой землёй. Землянка с северной стороны имела вход.

(194/195)

 

Основной материал — главным образом фрагменты плоскодонных сосудов баночной формы, орнаментированные отступающей гребёнкой. Многочисленны фрагменты керамики, украшенные изображениями человека.

 

Собрано много обломков каменных и глиняных литейных форм. Много каменных изделий, в частности треугольные, листовидные, черешковые наконечники стрел, ножи, топоры, тёсла, грузила. Неожиданными оказались находки бронзовых изображений птицы, лосиных голов, ажурной бляхи и т.п.

 

Следует упомянуть также каменное скульптурное изображение человека, выполненное на пластинке глинистого сланца. Хорошо передано лицо, на котором ясно различимы глаза, нос, рот, подбородок.

 

А.И. Мартынов

Раскопки Серебряковского курганного могильника.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 195-197.

 

Экспедицией Лаборатории археологических исследований Кемеровского государственного педагогического института были проведены исследования Серебряковского курганного могильника тагарской культуры, расположенного в Тисульском р-не Кемеровской обл. Могильник состоял из 17 земляных курганов, типичных для Ачинско-Мариинского района тагарской культуры. Все курганы были раскопаны.

 

Несмотря на то, что многие могилы оказались разграбленными, удалось собрать ценный археологический материал и определить хронологическую принадлежность этого могильника. Самые ранние курганы, содержащие по три-четыре погребения в небольшом склепе и снабжённые архаическим инвентарем, относятся к баиновскому этапу культуры. К этому времени можно отнести 6, 8 и 9 курганы. В них обнаружены бронзовые ножи с грибовидными шляпками, ножи с небольшими и сильно скошенными лезвиями, гвоздевидные проколки с грибовидным навершием и орнаментированная керамика. Несколько курганов относятся к подгорновскому этапу культуры. Однако большинство погребальных сооружений Серебряковского могильника было возведено в сарагашенское время. Три кургана (12, 16 и 17) датируются тесинским этапом. В огромных склепах этих курганов были обнаружены сожжённые остатки таких же деревянных конструкций, как и в склепах таштыкской культуры: могильные ямы по сторонам были укреплены поставленными вертикально бревнами, а внутри помещался сруб из трех венцов. Эти склепы сверху имели сооружение из жердей и толстого слоя берёзовой коры. Остатки такого сооружения довольно хорошо сохранились во втором кургане. В ходе раскопок удалось установить, что большинство курганов было ограблено в древности, но в ряде склепов, принадлежавших, вероятно, родовой знати, обнаружены дорогие инкрустированные бусы, золотая диадема, бронзовое

(195/196)

оружие, обвёрнутое золотой фольгой и тиснённые золотом бронзовые фигурки оленей.

 

Раскопки показали, что могильник существовал довольно длительное время, фактически на протяжении всей тагарской культуры, вплоть до того времени, когда под влиянием исторических событий, связанных с передвижением народов, внутри тагарской культуры начинают развиваться черты, характерные потом для таштыкской культуры.

 

В этих курганах обнаружено большое количество различных археологических предметов, характерных для переходного тагарско-таштыкского периода: прежде всего — обилие сосудов с поддоном, ножи и кинжалы с кольцевыми навершиями и другие предметы.

 

Исследования Серебряковского могильника позволяют говорить об этнографических особенностях населения, оставившего этот могильник. Среди материалов встречаются, например, зеркала с тонкими концентрическими кругами на лицевой стороне; в погребениях, хорошо датируемых подгорновским и сарагашенским временем, обнаружено большое количество сосудов с одной ручкой и со сливом, очень своеобразные по форме и орнаментированные мелкими защипами, полукружиями, кружочками и ёлочным орнаментом. Некоторые отличия от других могильников имеет и устройство погребальной камеры. В ряде курганов дно могильных ям было выстлано каменными плитами. Каменные плиты часто придавливали и концы брёвен перекрытия. Некоторые этнографические особенности были подмечены нами и ранее во время раскопок Тисульского могильника и могильника Ягуня. Сейчас же, когда раскопано полностью несколько могильников в Ачинско-Мариинской лесостепи, эти особенности, подкреплённые ещё другими данными, позволяют высказать предположение, что каждый могильник был связан с жизнью определённой родовой группы населения тагарской культуры. Это кажется убедительным ещё и потому, что каждый из исследованных нами могильников существовал довольно длительное время, от трёх до пяти-шести столетий. Кроме того, картографирование тагарских курганов с земляными насыпями в Ачинско-Мариинской лесостепи показало, что основные курганные группы в этом районе расположены друг от друга примерно на одинаковом расстоянии, в среднем от 12 до 18 км. Это обстоятельство не случайно и неизбежно свидетельствует о том, что каждая группа курганов возникла как результат жизни в этом районе определённой группы тагарского населения со своими этнографическими особенностями. Возможно, в дальнейшем, когда будет исследовано большое число тагарских могильников и составлена карта размещения тагарских погребальных памятников, удастся составить приблизительно картину размещения отдельных тагарских родовых общин на территории Причулымского лесостепного района.

 

Кроме этого, экспедиция провела разведки археологических памятников на территории Боготольского, Ачинского, Назаровского, Боградского, Ужурского и Шарыповского районов Красноярского края. Разведки проводились с целью уточнения имеющихся сведений о размещении памятников тагарской культуры и выяснения границы размещения земляных курганов и курганов с каменными оградками и стелами. Разведка показала,

(196/197)

что граница между тагарскими памятниками двух основных районов культуры — Ачинско-Мариинского и Хакасско-Минусинского, предположительно намеченная ещё Д. Клеменцом, прослеживается достаточно чётко. Эта граница начинается примерно от с. Солдаткино, расположенного на р. Урюп, и проходит на восток через южную оконечность Белого Озера, далее к юго-востоку, чуть севернее Ужура на Сретлолобово, Березовый Лог и выходит немного севернее Новоселова, к левому берегу Енисея. К Енисею земляные курганы выходят довольно узким клином в том месте, где Чулым ближе всего подходит к Енисею. В ходе разведок была подмечена ещё одна немаловажная деталь: земляные курганы расположены в своей массе в зоне чернозёмных степей, т.е. в иных природно-климатических условиях, чем тагарские курганы Хакасско-Минусинской котловины.

 

Л.Р. Кызласов

Раскопки в Оглах-Тах.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 197-199.

 

Хакасская археологическая экспедиция Московского государственного университета продолжала исследования древних памятников Оглахтинских гор (Оглахты I, II, III). Раскопки велись в четырёх новых пунктах. Оглахты IV расположен на перевале Моховского лога, где проходит южная оконечность длинной крепостной стены X-XII вв. Оглахты V — в долине, в 1 км к востоку от предыдущего. Оглахты VI — известный таштыкский грунтовый могильник, в 0,5 км к северо-западу от Бузуновского лога. Оглахты VII — на горном хребте, в 700 м к северу от западной группы Оглахты VI, у Катоева лога, в 1 км от заканчивающейся здесь северной оконечности крепостной стены.

 

С южной стороны Моховской сопки (Оглахты IV) обнаружен типичный карасукский могильник. Ряд оградок с каменными ящиками разрушается грунтовой дорогой. Раскопана оградка с двумя могилами, в ящиках которых обнаружены: скелеты мужчины и женщины, обломки сосудов, бронзовые бляшки, гвоздевидная заклёпка и перстень с коническими выступами.

 

В долине Оглахты V изучены два необычных по конструкции каменных сооружения (5, 6), расположенных в 350 м друг от друга. Они относятся к тагарско-таштыкскому переходному этапу (II-I вв. до н.э.). Под сплошными «платформами» из плит обнаружены коллективные и одиночные могилы в каменных ящиках. В них оказались: баночные, четырёхгранные, кубковидные и другие сосуды, железные пряжки, шилья, костяные иглы и подвески, стеклянные, сердоликовые и пастовые бусы, бронзовые кольца и дисковидное дужковое зеркало, пряслица. Найдены редкие для этого времени предметы: железные черешковые кинжалы, «хвостатый» нож для раскроя кожи, астрагал барана с «решёткой» и боёк бронзового чекана.

 

В таштыкском могильнике (Оглахты VI) раскопано пять грунтовых

(197/198)

Голова с гипсовой маской.

(Открыть Рис. в новом окне)

могил и первый здесь ранний склеп с сожженной деревянной камерой (3х3 м). Все они относятся к изыхскому этапу таштыкской эпохи (I в. до н.э. — I в. н.э.).

 

Замечательна семейная гробница 4. Она находилась в грунтовой яме (3х2,4 м, глубиною 1,4 м) и представляла собой сруб из десяти толстых лиственничных брёвен, хорошо отёсанных и соединенных в «лапу». Крыша собрана из девяти поперечно уложенных двухметровых брёвен.

 

Со стороны стенок ямы и сверху сруб надежно изолирован толстыми пластами берёсты в 4х5 слоёв. Пол покрыт берёстой в два слоя. Герметическая берестяная изоляция, при полуметровой земляной засыпке сверху, создали особый почвенный режим, хорошо сохранивший предметы из дерева, кожи, меха, а также ткани и сухую траву.

 

В камере (размерами 2,3х1,5 м и высотой 0,85 м) находились скелеты мужчины, женщины и ребёнка. На лицах — погребальные скульптурные маски из гипса, раскрашенные полосами или спиралями. Хорошо сохранились меховые одежды взрослых. На мужчине одеты: шапка-ушанка, куртка мехом внутрь, меховой нагрудник, шуба, меховые штаны. Ноги обуты в лёгкие туфли, на которые опускались меховые «гетры», подвязанные у колен ремешками. Обнаружены подложенная под плечи мужчины миниатюрная шубка и мешочек из меха.

 

На женщине «наброшена» овчинная шуба со стоячим воротником. Имеются остатки шапки и меховых штанов. На черепах сохранились мягкие каштановые с проседью волосы, видны отверстия от посмертной трепанации.

 

Замечательными находками явились две погребальные «куклы», — подобие человеческих тел, сшитые из кожи и набитые сухой травой. Обе они одеты в меховые носки, сапожки, штаны, рукавицы и шубы. У лучше сохранившейся куклы «голова» сшита из ткани, на которой краской нарисовано лицо. На темени пришита косичка из человеческих волос.

(198/199)

 

Под головами «кукол» лежали кожаные подушки, набитые травой, а под головами людей — деревянные обрубки и каменные плитки. Одна из «кукол» лежала под остовом женщины.

 

В ногах взрослых и поверх скелета ребёнка стояли сосуды из-под жертвенной пищи. Это были деревянные чаши, корытца, черпаки и туесы, а также глиняные почковидные и баночные сосуды. Здесь же лежали модели настоящих предметов: три ременные уздечки с миниатюрными железными удилами и деревянными двудырчатыми псалиями, нагайка, неопознанные предметы и «мутовочки». На некоторых из них сохранились листочки плющеного золота. Целым оказалось кожаное налучье, обшитое по краю шёлком, с моделью лука, пятью тупыми древками стрел с сохранившимся опереньем. Древки окрашены чёрной и красной краской. Найдены кости овец и астрагалы барана и коровы. На берестяном покрытии крыши обнаружены остатки тризны (обломки глиняного кубка и кости овцы).

 

В пунктах Оглахты IV и VII, у южных и северных оконечностей средневековой крепостной стены, раскопаны пять каменных древнехакасских курганов с трупосожжениями воинов на горизонте. В них найдены железные украшения сёдел, сбруи, уздечек; пряжки, кольца, накладки, наконечники стрел, тесло, огниво, бляшки с серебряной инкрустацией и т.п. Все эти курганы одновременны стене, и они, вместе с «бастионом», определяют её дату X-XII вв. В пункте Оглахты IV возле стены найдены остатки шлаков от полевой кузницы того же периода.

 

Т.Н. Троицкая

Работы Новосибирской экспедиции.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 199-200.

 

На правом берегу Обского моря у с. Завьялово проведены охранные раскопки городища эпохи поздней бронзы — Завьялово 5. Городище однослойно, защищено двумя слабо выраженными рвами. Выявлены остатки землянки протяжённостью 8,80 м. В ней найдены каменные грузила, бронзовый наконечник стрелы скифского типа (VII-VI вв. до н.э.), костяные орудия и многочисленные обломки керамики, среди которых много сосудов позднего ирменского типа и керамики с оттисками крестового штампа.

 

На левом берегу Обского моря у с. Ордынское продолжено исследование размываемого поселения — Ордынское 9. Раскопана землянка площадью 4х3 м. Всего на поселении обнаружено пять небольших землянок, расположенных на расстоянии 8-13 м друг от друга. Найдена керамика V-IV вв. до н.э., глиняные пряслица, каменные грузила и пест, костяные орудия.

 

У дер. Чёрный Мыс продолжено изучение городища Чёрный Мыс 2 (начало I тысячелетия н.э.). Рядом с большой землянкой, вскрытой в 1968 г., выявлена маленькая (3,85х3,25 м) и узкая глубокая канава, отгораживаю-

(199/200)

щая этот комплекс от остальной площади. На могильнике Каменный Мыс продолжены раскопки кургана 3. Открыты пять погребений в насыпи, три могилы с бревенчатыми накатами в материке, погребение небольшого хищного животного, яма с раздавленным сосудом, пустой каменный ящик, скопление конских черепов и следы огня на материке. В одной могиле головой на север лежали три скелета. В погребениях найдены сосуды, бронзовые кельты, костяные и бронзовые наконечники стрел.

 

От нескольких стариков-хакасов из дер. Арбаты были получены сведения о том, что эта скала до недавнего времени являлась объектом почитания у местных охотников-хакасов, к её подножию возлагали жертвоприношения. Они же сообщили о местонахождении ещё двух писаниц в этом таёжном районе.

 

На скале правого берега р. Чжебаш у пос. Чистобай, известной у местного населения под названием «Малый писанец», оказались накрашенные охрой тамговидные знаки, близкие по стилю к Арбатским, и несколько изображений животных, которые, очевидно, датируются эпохой раннего железа.

 

В 17 км ниже по р. Чжебашу на Кремнёвой скале было найдено несколько изображений оленя, медведя и лани, также накрашенных охрой. Судя по стилистическому сходству с рисунками на шаманских бубнах хакасов, возраст этих изображений исчисляется, вероятно, лишь несколькими столетиями.

 

Н.Л. Членова

Раскопки на Северном Алтае.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 200-201.

 

Алтайский отряд Западно-Сибирской экспедиции проводил раскопки в лесной и предгорной зонах Алтая (Усть-Пристанский и Красногорский р-ны Алтайского края). Особое внимание было уделено раскопкам могильников карасукской эпохи. Были продолжены раскопки курганного могильника в местности Мелешин борок близ дер. Камышенка (Усть-Пристанский р-н). Раскопано восемь курганов, содержавших грунтовые ямы. Найдено много сосудов, бронзовый нож, бронзовые карасукские украшения.

 

Продолжены раскопки другого карасукского курганного могильника у с. Суртайка (Красногорский р-н), на правом берегу протоки р. Катуни. Вскрыто восемь курганов. Могильник интересен разнообразием погребальных сооружений: обнаружены карасукские грунтовые могилы, сруб, каменный ящик и могилы под каменным курганом. Вещевой материал представлен керамикой, двумя бронзовыми нотами и украшениями. Большой интерес представляет погребение ребёнка с бронзовым позднекарасукским ножом и кремнёвыми ножевидными пластинами.

 

В могильнике Суртайка обнаружены также погребения, относящиеся, по-видимому, к раннему железному веку (VII-V вв. до н.э.). Южнее Сур-

(200/201)

тайки, на левом берегу р. Иша (правый приток Катуни), обследовано городище Иша (сборы на поверхности и шурфовка). Полученный материал относится к большереченской культуре.

 

Близ дер. Камышенка, в местности Долгая грива, производились сборы на дюне; основная масса материала относится к большереченской культуре, есть керамика бронзовой эпохи.

 

В 5-6 км от Долгой гривы, в местности Осинки, на берегу оз. Шибаева обнаружен большой грунтовой могильник конца I тысячелетия н.э. Собран значительный антропологический и вещевой материал. В этом могильнике вскрыто два детских погребения с богатым инвентарём: серебряными серьгами, бусами и подвесками из сердолика, халцедона, перламутра, кости и других материалов и обломками железных предметов.

 

На правом берегу р. Оби, против дер. Вяткина (Усть-Пристанский р-н) обнаружен грунтовой могильник тюркской эпохи. Расчищено одно погребение с бронзовыми серьгами, железным ножом, обломками железных стремян и других предметов.

 

А.М. Кулемзин

Работа Акташского отряда Алтайской экспедиций.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 201-202.

 

Акташский отряд Алтайской экспедиции производил раскопки в зоне затопления Акташской ГЭС, в Улаганском р-не Горно-Алтайской автономной области.

 

Исследовались могильники на берегу р. Чуи в Алгаильской и Баратальской долинах, расположенные в 12-17 км от пос. Акташ в сторону Кош-Агача. Раскопки проводились Институтом истории, философии и филологии Сибирского отделения АН СССР. Из зафиксированных в долинах 292 курганов за два года работ раскопано 62.

 

Изучение материалов Чуйского могильника позволяет объединить отдельные курганы в хронологические и типологические группы:

 

I. Курганы большой величины, диаметром более 12 м. К ним относятся курган 3 и, очевидно, два больших нераскопанных кургана (диаметром 50-60 м), находящиеся в Баратальской долине. Курганная насыпь их состоит из камней, пересыпанных землёй и песком. Внутри глубокой могилы (около 5 м) поставлен бревенчатый сруб.

 

II. Курганы меньшей величины, аналогичной конструкции. Диаметр насыпи кургана 5-12 м, глубина могилы 2-5 м. На дне могилы находится деревянный гроб в виде сруба в один-два венца, где находится захоронение одного человека. К ним относятся курганы 1, 2, 11, 12, 19, 22.

 

III. Курганы с каменными склепами в могиле. Насыпи овальные или прямоугольные. Под каменной насыпью в могиле на глубине до 2 м нахо-

(201/202)

дится каменный ящик, состоящий из больших плит. В ящике находится один погребённый или остатки мумифицированного трупа. К ним относится курган 23 и курган 1 и 2 в долине Тербю-Док.

 

IV. Каменные курганы с плитовыми могилами на горизонте и захоронения под насыпью. Первые курганы состоят из плоской каменной насыпи. Небольшая могила сооружена из поставленных на ребро каменных плит. В могиле обычно находится один скелет (курганы 38, 42, 50, 52, 53 и курган 51 с групповым захоронением).

 

К курганам с захоронением под насыпью, без плитовой оградки, относятся курганы 16, 24, 29, 31, 33, 37 и, очевидно, 30.

 

V. Курганы с плиточной обкладкой, содержащие трупосожжения. Курганная насыпь невысокая, обычно четырёхугольная, по краям лежат плашмя плиты (курганы — 9, 27, 28, 43, 45, 47, 48, 49; курган 3 в долине Тербю-Док; курганы 1, 2, 3, 4 в Баратальской долине).

 

VI. Кенотафы (курганы 8, 10, 13, 14, 17, 18, 20, 21, 25, 26, 32, 35, 39 и 5 из Баратальской долины).

 

VII. Каменные кольца (курган 7).

 

Курганы Чуйского могильника разновременны. Наиболее ранними из них являются курганы III типа, соответствующие скифскому времени. К пазырыкскому и шибинскому этапам относятся курганы II типа. К этому же периоду относится курган I группы. О хронологии IV группы говорить трудно, возможно они являются самыми древними. Большинство курганов V группы относится к кенотафам тюркского времени. Часть из них можно связать с периодом орхоно-алтайских тюкю. VI группа курганов по конструкции напоминает курганы группы II. Возможно, они создавались как ложные курганы. Каменные кольца тоже имеют какое-то ритуальное значение, связанное с обрядом погребения.

 

М.X. Маннай-оол

Исследования Тувинского Научно-исследовательского института языка, литературы и истории.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 202-203.

 

Экспедиция Тувинского Научно-исследовательского института языка, литературы и истории проводила исследования в долине р. Манчурек в Западной Туве.

 

В могильнике Чазы раскопаны три кургана. В одном из них (земляной курган диаметром 14 м), относящемся ко второму этапу уюкской культуры (V-IV вв. до н.э.), обнаружены два погребения в срубах. Могильные ямы прямоугольные и глубокие. В неограбленном срубе найден скелет подростка, лежавший на левом боку, с подогнутыми ногами, головой на северо-за-

(202/203)

пад. Инвентарь представлен бронзовым дисковым зеркалом с дужкой посередине, костяными, стеклянными и нефритовыми бусинами.

 

Во втором кургане — кенотафе древнетюркского времени (VI-VIII вв.) открыто погребение лошади. Там лежали железные удила, пряжка и стремена.

 

Третий курган оказался поминальным сооружением древнекыргызского времени (IX-XII вв.). В нем найдены обломки глиняного сосуда и железный нож.

 

В могильнике Элдиг-Кежиг Аксы раскопано два кургана второго этапа уюкской культуры. В одном, большом, были две могильные ямы, из них одна ограблена. В неограбленной яме в срубе обнаружены три человеческих скелета плохой сохранности. Они лежали на левом боку, в скорченном положении, головой на северо-запад. Инвентарь составляют крыловидно-эфесовые бронзовые кинжалы, ножи, чеканы, шилья, иглы, наконечники стрел, привески, стеклянные и нефритовые бусины.

 

Я.И. Сунчугашев

Железоплавильные печи на р. Белый Июс.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 203-204.

 

Археологическая экспедиция Хакасского научно-исследовательского института языка, литературы и истории работала в Ширинском р-не Хакасской автономной области. Работами были охвачены районы известных медных месторождений, расположенные между р. Карыш и оз. Иткуль. Установлено, что, несмотря на множество месторождений, медная руда в древности здесь почти не добывалась.

 

Продолжалось исследование ранних сыродутных печей в районе с. Трошкино. Удалось обнаружить и изучить девять металлургических печей. Размеры печей почти одинаковы. Например, печь 7 имела длину камеры 1,1 м, ширину 0,45 м, глубину 0,44 м от древней поверхности. Камера плавильни обмазана сероватой глиной толщиной в 2-3 см. Обмазка сохранилась как на стенках, так и на дне и на верхнем покрывающем целике. Воздух в плавильню нагнетался мехом, имеющим глиняное сопло цилиндрической формы. Иногда встречаются сопла с четырёхгранной поверхностью. Вся камера заполнена железным шлаком, а самый нижний слой заполнения состоит из золы и кусочков древесного угля. Под ними сохранились фрагменты лиственничного полена длиной до 0,25 м. Под печи выложен речной галькой. Печи датируются таштыкской эпохой. Они находились около таштыкского поселения.

 

Семь сыродутных печей исследовано около с. Ефремкино (Тохыс ас), расположенного на правом берегу р. Белый Июс. Железоплавильные печи аналогичны по размерам и форме отмеченным выше. Древние плавильщики железную руду (магнетит) добывали в 6-7 км от с. Ефремкино, где

(203/204)

сохранились разработки в виде глубоких карьеров и ям с большими отвалами по краям.

 

Удалось найти железоплавильную печь в 4,5 км к западу от с. Трошкино. В плане печь имеет 0,40х0,25 м при глубине 0,55 м. Воздух в печь подавался с западной стороны. Фурма, соединяющая камеру печи с ямой-площадкой, пробита несколько наклонно. На дне её найдено сопло. Длина его 24,5 см. Древние железоплавильни таштыкского времени имеются и в окрестностях с. Малое Топаново.

 

Исследованы два разрушенных поселения около с. Трошкина. Найдено много обломков кухонной посуды. В числе находок костяные и железные наконечники стрел, железный ножик, шилья, оригинальная пряжка, ножевидные костяные орудия для обработки шкуры животных, отходы от берёсты со следами обреза, бруски из речной гальки, лощила, глиняные пряслица, игральные астрагалы овцы с отверстиями или стесанными спинками и т.п. В культурном слое поселений найдены железные шлаки. В значительном количестве найдены целые обгорелые и ошлакованные сопла.

 

Ж.В. Андреева

Поселение Малая Подушечка в Приморье.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 204-206.

 

Сопка Малая Подушечка расположена к северо-западу от Новонежино Шкотовского р-на, на левом берегу горной реки Кангауз. С южной и восточной сторон она имеет крутые, обрывистые склоны, на западном, более пологом склоне Малой Подушечки — поселение.

 

Раскопки на этом поселении ведутся отрядом Сектора археологии Дальневосточного филиала Сибирского отделения АН СССР с некоторыми перерывами с 1962 г. В результате проводившихся работ выяснилось, что поселение двухслойное. К эпохе развитого железа относится верхняя часть культурного слоя тёмного цвета. Нижний слой в виде светлого коричневатого суглинка относится к раннему железному веку. В нижнем слое были найдены остатки полуземлянок, четырёхугольной в плане формы, остатки печей для обжига глиняной посуды и единственный пока могильник эпохи раннего железа. Особенностью данного поселения являются большая глубина (до 1,5 м) и насыщенность культурного слоя.

 

Летом 1969 г. раскапывалась северная окраина поселения. На поверхности склона сопки, идущего с востока на запад, были заметны оплывшие террасовидные площадки, оказавшиеся остатками жилищ. Раскопом было захвачено несколько жилищ и три из них полностью.

 

Жилища были невелики по размерам (от 16 до 20 кв.м) и представляли собой полуземлянки. Основание двух жилищ, расположенных в верхней, восточной части склона, было высечено в скальном грунте.

 

Все три жилища относятся к поздней поре обитания поселения. Верхнее, восточное жилище, погибло, видимо, в результате пожара: при рас-

(204/205)

чистке жилища хорошо прослеживались остатки обугленной рухнувшей кровли. Внутри оказался кан, сложенный из плиток сланца, поставленных на ребро и перекрытых горизонтально положенными плитками. Форма кана подковообразная, вершиной на запад. Северо-восточный конец кана упирался в скальную стенку. В юго-восточном углу жилища, между окончанием кана и скальной стенкой, найдено три крупных глиняных сосуда, вдавленных один в другой и переложенных берёстой. Стенки кана были покрыты глиняной обмазкой. Всего в этом жилище около кана и на нём найдено 10 раздавленных глиняных сосудов.

 

В нескольких метрах к северо-западу от верхнего жилища располагалось ещё одно. Вдоль его восточной стенки в направлении с юга на север шел небольшой кан длиной немногим более 2 м. Стенки его были сложены из обломков плитняка и больших плоских галек. Топка находилась с южной стороны кана.

 

В третьем жилище, обнаруженном в 2-3 м к западу от второго, кана не было. Но в юго-западном углу, около очажной ямки, располагалось несколько сосудов, типичных для культуры развитого железа в Приморье.

 

В юго-западной части раскопа было обнаружено погребение. Погребальная яма, ориентированная с юга на север, была засыпана обломками скалы. Края её были выложены камнями. В яме найден скелет очень плохой сохранности, ориентированный головой на юг. Около черепа лежали цилиндрическая бусина из зеленой яшмы и каменный шлифованный топор.

 

Это уже одиннадцатое погребение, найденное на северо-западной окраине поселения. Все захоронения представляют собой трупоположения: погребенные лежат на спине, в 10 случаях головой на юг, в одном — на север. Во всех случаях скелеты лежали на материке: или на небольшой горизонтальной площадке, или в неглубокой яме, выложенной бесформенными обломками скалы. Около головы, как правило, лежит каменная цилиндрическая бусина и, иногда, кольцо или привеска из жёлтого или белого халцедона. Топор в погребении найден впервые.

 

Примерно в 10 м к востоку от описанного погребения, в центральной части раскопа, под тёмным гумусным слоем мощностью до 60 см, шёл углистый слой с небольшим количеством жжёной глиняной обмазки. В этом слое найдено несколько раздавленных глиняных сосудов. Ниже шёл слой глинистого грунта, а под ним что-то вроде площадки, сплошь забитой камнями. В этом каменном завале — скопление человеческих костей. Лишь на северо-западной окраине скопления один скелет лежал на горизонтальной площадке материка в анатомическом порядке на спине, головой на юг. Остальные скелеты были разрознены, потревожены, раздавлены камнями. Кроме того, они лежали не на материке, а на камнях, на разных уровнях, и под ними продолжался культурный слой.

 

Все погребения, находимые на поселении ранее, объединяло единство обряда, они хорошо датировались стратиграфически, по находкам. Но то, что дали раскопки 1969 г. (скопление костяков), требует дальнейшего изучения и объяснения.

 

Впервые на описываемом поселении найдены украшения из бронзы (в частности, браслеты), стеклянные бусы. Многочисленны изделия из же-

(205/206)

леза (кельты, наконечники стрел, один из них архаической формы, характерной для каменных орудий, обработанных ретушью), глины, камня (многочисленные тёрочники, куранты, песты, лощила).

 

Таким образом, раскопки на поселении Малая Подушечка дали много нового интересного материала, который поможет дальнейшему изучению эпохи железного века в Приморье.

 

В.А. Могильников

Работы в Омском Прииртышье.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 206-207.

 

Иртышский отряд совместно с Омским педагогическим институтом и краеведческим музеем проводил исследования памятников эпохи железа в лесостепном Прииртышье к северу от г. Омска.

 

Около дер. Стрижево Нижне-Омского р-на вскрыто три кургана, относящихся к саргатской культуре. Насыпи курганов были сложены из чернозёма. Два наибольших кургана диаметрами около 20 м имели в материке, по периметру насыпи, кольцевые ровики, имитировавшие ограды. Основные погребения были парными. Они находились в подпрямоугольных ямах, перекрытых бревенчатыми накатами. Поза погребённых не установлена. Часть инвентаря сохранилась только в захоронении кургана 2, где обнаружены бронзовые бусы и пронизка, костяные черешковые наконечники стрел, костяное навершие и оригинальный золотой перстень, сделанный из тонкой перевитой проволоки с гнездом для вставки. В насыпях были встречены впускные захоронения, которые в кургане 2 имели перекрытия из дерева и сопровождались керамикой, среди которой примечательны тонкостенный необычный сосуд с тёмнолощёным туловом и плоские глиняные блюда. Ориентировочная дата погребений — II-IV вв. н.э.

 

На принадлежащем к той же культуре городище конца I тысячелетия до н.э. — начала I тысячелетия н.э. около дер. Богданово изучены остатки наземного жилища. Основная масса материала представлена костями домашних животных, в основном лошади. Большая часть керамики орнаментирована резными узорами и ямками подтреугольной, неправильной и реже круглой формы. В единичных экземплярах встречены фрагменты сосудов, украшенных по плечикам треугольными фестонами. Найдены также глиняные пряслица, костяные проколки и наконечники стрел, железный нож, обломок бронзового котла и др.

 

Курганная группа у дер. Большие Мурлы Большереченского р-на, где вскрыто четыре насыпи, оказалась неодновременной. В трёх курганах обнаружены погребения VII-IX вв. В одной насыпи встречен череп и отдельные кости лошади. Среди инвентаря представлены стеклянные бусы, бронзовые бляхи от пояса, подвеска со стилизованным изображением клюющей птицы, серьги салтовского типа, железные трёхлопастные и костя-

(206/207)

ные наконечники стрел, удила. Найденные в одном из курганов глиняные сосуды по форме и орнаменту типичны для памятников второй половины I тысячелетия н.э. южной части таёжного Прииртышья. Единственной находкой в четвёртом кургане явилась импортная болгарская серебряная бусина с зернью, которая датирует погребение XI-XII вв. н.э. Это самая далёкая юго-восточная точка распространения изделий болгарского ювелирного производства.

 

Около дер. Каиркуль этого же района были обследованы курганная группа и городище. Вскрытый здесь курган дал погребение с удилами и стременами конца I — начала II тысячелетия н.э. Городище относится к первой половине I тысячелетия н.э. Среди его керамики представлены, с одной стороны, сосуды с грубым резным и ямочным орнаментом, характерные для посуды племён лесостепи, с другой — украшенные зубчатым и мелкими фигурными штампами, типичными для керамики с памятников таёжного Нижнего Прииртышья и Приобья. Очевидно, данный район в первых веках нашей эры служил зоной контакта двух различных этнических групп — северной лесной и южной лесостепной.

 

В.А. Посредников, Ю.Ф. Кирюшин

Разведка на реках Вах и Васюган.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 207-208.

 

Проблемная лаборатория истории, археологии и этнографии Сибири Томского университета проводила разведку на р. Вах, правом притоке Оби и р. Васюган, левом притоке Оби. На р. Вах обнаружены следующие памятники.

 

В 2 км восточнее дер. Корлики, на правом берегу речки Корлики, обнаружено древнее поселение, где при шурфовке найдено сверло из кремнистой гальки и круглодонная керамика, орнаментированная различными комбинациями линейного и фигурного зубчатого штампов. Поселение относится ко второй половине I тысячелетия н.э.

 

В 0,5 км юго-восточнее дер. Чехломей, на склоне первой надпойменной террасы, на берегу Курьи обнаружено поселение эпохи ранней бронзы. Керамика представляет собой плоскодонную банку, сплошь орнаментированную крупнозубчатой ёлочкой и ямками. На восточной окраине дер. Чехломей на берегу Курьи находится второе поселение. Здесь собраны фрагменты баночных сосудов, среди которых есть весьма сходные с керамикой тагарского времени южных районов Приобья.

 

В центре дер. Чехломей расположено третье древнее поселение; среди подъёмного материала следует отметить фрагменты как неолитических сосудов, орнаментированных отступающе-накольчатыми волнистыми линиями, так и сосудов середины I тысячелетия н.э.

(207/208)

 

Интересный памятник обнаружен в дер. Большой Ларьяк. Среди подъёмного материала выделяются фрагменты керамики неолитического облика. Второй типологический комплекс составляет керамика эпохи ранней бронзы. Большая группа керамики представлена обломками сосудов карымского и оронтурского этапов. Северо-восточнее дер. Большой Ларьяк открыто поселение, содержащее керамику, аналогичную южносреднеобской первой половины I тысячелетия н.э.

 

По р. Васюган от его устья до р. Варен-Игай (левый приток) обнаружено девять археологических памятников: восемь поселений и одна землянка.

 

Поселение Лысая гора состоит из 15 земляночных углублений, вытянутых вдоль берега. Собраны фрагменты керамики, украшенные рядами чередующихся ямок и бугорков по венчику сосуда и рядами горизонтальной гребенчатой ёлочки по тулову. Поселение, вероятно, относится ко второй половине I тысячелетия н.э.

 

При зачистке обрыва, на котором находилась дер. Пермянка на р. Нюрольке, обнаружена керамика молчановско-малгетского времени.

 

Орнаментированная керамика найдена на поселении у Безымянного ручья (около указателя 55 км). Сосуды украшены рядами отпечатков крупнозубой косопоставленной гребёнки. Поселение датируется, вероятно, концом I — началом II тысячелетия н.э.

 

Е.И. Деревянко

Мохэский могильник у с. Троицкого.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 208-209.

 

Амурский отряд Дальневосточной экспедиции раскапывал мохэский могильник, обнаруженный в 1968 г. Он находится в Ивановском р-не Амурской обл., в 3 км от с. Троицкого, на первой надпойменной террасе р. Белой.

 

Западная часть могильника уничтожена паводками. Раскопками вскрыта площадь 60 кв.м.

 

По свидетельству летописи, мохэским племенам свойствен обряд вторичного захоронения. Почти все погребения данного могильника носят вторичный характер. Во всех могилах обнаружены следы кострищ.

 

Ориентировка могил разнообразна. Кроме повторных захоронений, встречены погребения обычного типа. Так, в восточной части могильника было обнаружено одиночное захоронение мужчины (на левом боку). Там найден кинжал. Железное лезвие находилось в бронзовых позолоченных ножнах, с сохранившимся кожаным ремешком, на концах которого были кольца и пряжка, скрепляющая их. Рядом с кинжалом лежал глиняный сосуд. Кроме того, обнаружены обломки железного предмета и фрагмент венчика сосуда с насечками по валику, обрывки кожаного ремня, украшенного бронзовыми нашивками, пряжка, другая бронзовая пряжка на деревянной основе, обтянутой кожей, железный нож и фрагмент наконечника стрелы. Кости человека и инвентарь лежали на берёсте.

(208/209)

 

Открыты погребения, в которых костяк лежал в скорченном положении, а также трупосожжения. Погребальный инвентарь очень богат и выразителен. Только наконечников стрел 15 типов. В погребениях часто встречены железные втульчатые копья с ушком и без ушка (длина от 15 до 30 см) и лошадиные бабки, с орнаментом и неорнаментированные. Найдены также украшения из нефрита, халцедона (в основном бусы), кости, железа, бронзы, меди, серебра.

 

В. Мокрынин

Первые находки древнетюркских каменных изваяний в Кетмень-Тюбе.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 209-210.

Каменные изваяния:

1 — урочище Кишен-Сай, 2 — у пос. Ак-Беит.

(Открыть Рис. в новом окне)

Летом 1969 г. Токтогульским археологическим отрядом впервые в Кетмень-Тюбе были обнаружены древнетюркские каменные изваяния. Одно из них найдено при пахоте в верховьях р. Торкен в местности Кишен-Сай. По словам тракториста, нашедшего изваяние, на том же поле были и другие подобные балбалы, но они оказались запаханными. На удлинённой стеле серого гранита выбито только лицо мужчины со сросшимися бровями и длинными подкрученными вверх усами. Все черты лица даны в невысоком рельефе.

(209/210)

 

Второе изваяние найдено в арыке, выведенном из р. Бала-Чичкан, примерно в 100 м западнее пос. Ак-Беит. Оно сделано из речного валуна розового крупнозернистого гранита. Изображён мужчина с широкоскулым лицом и миндалевидными глазами. Брови, сходящиеся у переносицы, переданы непрерывной волнообразной линией, концы которой слегка приподняты к вискам. В правой руке, согнутой в локте, рюмкообразный сосуд, левая опущена на кинжал с перекрестием. Персонаж облачен в кафтан с треугольными отворотами на груди, рукава узкие, облегающие.

 

Обнаруженные изваяния принадлежат к кругу широко известных на Алтае, в Туве, Монголии и Семиречье древнетюркских памятников и могут быть датированы VI-VIII вв.

 

До настоящего времени археологические памятники древнетюркского времени не были известны в долине Кетмень-Тюбе. Вместе с изваяниями, обнаруженными у с. Гульча на Алтае, кетмень-тюбинские каменные «бабы» являются наиболее южными памятниками подобного рода и свидетельствуют о наличии тюркоязычного населения в Кетмень-Тюбе в раннем средневековье и его возможных связях в данный период с Южной Сибирью и Монголией.

 

Р.Н. Ступников

Исследования в юго-восточном Забайкалье.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 210-211.

 

Отряд Института археологии АН СССР продолжал археологические исследования в юго-восточных районах Читинской обл. В результате разведок была зарегистрирована и обследована группа неизвестных ранее могильников.

 

На правом берегу р. Онон, в 1 км севернее устья р. Унды, на территории Балейского р-на расположен могильник, включающий 32 могилы. 25 могил характеризуются выступающими на поверхности каменными скальными кладками (1,5-2,5 м). В трёх раскопанных погребениях обнаружен инвентарь: железные ромбовидные черешковые наконечники стрел, железный ножичек, в изголовье погребённых — кости овцы. Обряд захоронения и инвентарь указывают на то, что эти могилы принадлежат монгольским племенам XII-XIV вв.

 

Семь западных могил этого могильника относятся к культуре плиточных могил эпохи бронзы. На это указывают прямоугольные каменные оградки. Раскопки четырёх могил показали, что они ограблены, но всё же в них обнаружены сосуды двух типов, остатки конских черепов, пастовые бирюзовые бусы, обломки золотых подвесок.

 

В 2 км западнее с. Ундино-Поселье зарегистрирован плиточный могильник. Из 22 могил только две имеют сохранившуюся оградку и целую кладку.

 

Группа плиточных могил расположена у юго-восточной окраины пос.

(210/211)

Калангуй Оловяннинского р-на. Стенки оградок и внутренняя кладка повреждены.

 

На восточной окраине с. Заря обнаружены 50 могил эпохи бронзы. Могилы расположены в одиночку и рядками с севера на юг.

 

В 10 км к востоку от с. Единение, у Кислого ключа, в один ряд с севера на юг расположено 13 плиточных могил, шесть из которых имеют сохранившиеся оградки и целые кладки. Новые зарегистрированные памятники культуры плиточных могил Забайкалья отодвигают прежнюю границу расселения племён эпохи бронзы в I тысячелетии до н.э. на юго-восток.

 

Подвергался дальнейшим раскопкам монгольский могильник в пади Малая Кулинда, расположенный в 7 км к северу от ст. Оловянная. Инвентарь погребений (железные черешковые наконечники стрел, железные ножички, стремена, удила, глиняные сосуды, фрагменты серебряной пиалы, бронзовые зеркала с типично чжурчжэнским орнаментом) датирует памятник XII-XIV вв.

 

Э.В. Шавкунов, В.Д. Леньков, С.М. Тупикина

Раскопки на Шайгинском городище.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 211-212.

 

Археологической экспедицией Дальневосточного филиала Сибирского отделения АН СССР продолжались исследования на Шайгинском городище — памятнике культуры чжурчжэней конца XII — начала XIII в. в Приморье.

 

Особый интерес представляют жилище 41 с тремя автономными прямыми канами, имевшими каждый свой очаг; жилища 48 и 52 и мастерская 6. В жилищах найдены различные изделия из глины и металла, камня и кости: наконечники стрел и копий, детали от панциря и колчана, ручник, пробойники, сверло, наковаленка ювелира с дугообразным желобком на рабочей части, большое количество керамики, в том числе и тигельки. В мастерской 6 обнаружены ещё куски рубленых серебряных браслетов и две серебряные же шпильки для волос, свидетельствующие о ювелирном производстве в её стенах.

 

Раскопки плавильной печи — прямоугольной формы горна со стенками, обмазанными толстым слоем огнеупорной глины, ям около них на площадке между жилищами 48 и 52 позволяют проследить полный рабочий комплекс по обработке чёрных и цветных металлов — от плавки металла и получения полуфабрикатов железных изделий и чугунных отливок до кузнечных работ.

 

Не меньший интерес представляет и жилище-мастерская, где производилась керамика. Здесь найдены ямы, в которых замешивали глину, остатки гончарного круга, разбитая посуда и керамический брак, а также каменный штамп в виде четырёхгранного бруска с изображением

(211/212)

Комбинированное копьё с Шайгинского городища.

(Открыть Рис. в новом окне)

восьмилепестковой розетки. Обжиг керамики осуществлялся, видимо, вне этого жилища, так как печи для её обжига не обнаружено. Хозяин этого жилища занимался не только гончарным делом, но и кузнечным. В центре жилища найдены два миниатюрных горна с остатками шлака, оплавленного железа, древесного угля.

 

Из отдельных предметов необходимо отметить необычной конструкции копьё, обнаруженное в жилище 43.

 

Н.В. Леонтьев

Писаницы правобережья р. Абакана.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 212-213.

 

На скале правого берега ручья Малый Арбат (правый приток р. Абакана) еще в середине XIX в. И. Корниловым были открыты «начертанные красной краской в чрезвычайном беспорядке и множестве какие-то знаки». На сделанном им наброске с нескольких изображений имелось два «знака», напоминавших искажённо зарисованные антропоморфные личины. Проведённые на памятнике работы подтвердили возникшее предположение. На скале оказалось два чётко выделяющихся пласта изображений. Первый, наиболее древний, представлен 15 личинами «таёжного» типа, стилистически близкими подобным же изображениям, обследованным в 1963-1965 гг. А.Н. Липским на р. Джой и нами на р. Амыле. От реального человеческого лица на личинах сохраняются только овалы и кружки, под которыми можно подразумевать глаза, и удлинённые овалы, напоминающие рты. Но у одной из личин имеется два «рта», это снова подтверждает высказанную ранее гипотезу, что изображения подобного рода не являются рисунком человеческого лица, а лишь копируют линии раскраски, наносившейся на него. Между «глазами» и «ртом» располагаются поперечные полосы, обычно с раздвоенными или даже с тройными окончаниями. Надглазная раскраска имеется не у всех личин.

(212/213)

 

Второй, более поздний пласт, местами перекрывающий первый, состоит из большого числа тамговидных знаков, сохранившихся лучше. Они нанесены рыжеватой охрой, в то время как личины исполнены охрой тёмно-малинового тона.

 

М.И. Белов, О.В. Овсянников

Новое о Мангазее.   ^

// АО 1969. М.: 1970. С. 213-214.

 

Мангазейская историко-географическая экспедиция ААНИИ при участии Ленинградского отделения Института археологии АН СССР продолжила археологические исследования кремля и посада древней Мангазеи,

 

Одним из объектов изучения внутри мангазейского кремля был большой комплекс жилищно-хозяйственных построек воеводской усадьбы.

 

В нынешнем сезоне был изучен полностью строительный горизонт 1601 г. Оказалось, что воеводская усадьба состоит из двух, разделённых друг от друга комплексов — северного и южного. В каждый из комплексов входили: длинный трёхчастный дом (клеть — сени — клеть) и большая прямоугольная постройка (вероятно, повалуша), связанная с длинным домом переходом. Подобная планировка воеводской усадьбы, как нами было отмечено в прошлом году, связана с тем, что в Мангазею обычно посылали двух воевод, которые не всегда ладили друг с другом. В этом году удалось найти, правда на незначительной площади, остатки ещё одного, третьего горизонта, предшествующего строительству 1601 г. Как и в прошлом году, воеводский двор дал великолепные вещи — костяные и деревянные шахматы, гребни, фрагменты цветных стеклянных штофов, створку бронзового креста — энколпиона. Здесь была сделана и уникальная находка — небольшая книжечка в кожаном тиснённом золотом переплёте (книжечка была закрыта на бронзовый штырь-замок, нами не раскрывалась). Работы 1968-1969 гг. на территории мангазейского кремля дали представление о плановой структуре военно-оборонительных сооружений (острога и города), а также о внутренней планировке жилых, культовых (в 1969 г. внутри Троицкого собора были обнаружены три взрослых захоронения великолепной сохранности) и административных зданий, расположенных за крепостными стенами.

 

На территории посада расколки были сосредоточены главным образом на двух участках: в районе жилищно-ремесленного (литейного) комплекса — раскоп 8 и на берегу р. Таз. В районе раскопа 8 были вновь найдены тигли, шлаки, сланцевая литейная формочка. Возможно, к местной продукции относится свинцовая ажурная бляшка, изображающая вознесение Александра Македонского на небо с двумя львятами.

 

В прибрежной части посада было полностью вскрыто сооружение по своей плановой структуре и размерам явно нежилое. Наиболее вероятно,

(213/214)

что это гостиный мангазейский двор. Из многочисленных находок можно отметить две — большую свинцовую пломбу с надписью (Amste)rdam Ander Halle и массивный золотой перстень с аквамарином и эмалевыми вставками.

 

Буквально во всех раскопах были встречены части древних судов — кочей: бортовые доски, кокоры (шпангоуты), штевень. В Мангазее были найдены и графические изображения кочей, вырезанные на досках мангазейцами в XVII в. О роли мореплавания для Мангазеи свидетельствуют и обнаруженные навигационные приборы.

 

Археологические работы, проведенные в 1968-1969 гг. на месте древнего Мангазейского поселения, дали ответы на основные вопросы истории этого заполярного русского города, раскрыли как отдельные черты, так и общий облик материальной культуры русского населения Сибири первых десятилетий XVII в.

 

 

 

 

 

 

наверх

 

 

главная страница / библиотека / обновления библиотеки / Археологические открытия / Археологические открытия 1969 года